Всё становится на места

покончить с этим сейчас, не дожидаясь высадки на берег? — Брадан понижает голос, но мне всё слышно хорошо.

— Мы ведь договорились сделать это позже, — возражает Гилберт. — Будет нелегко перенести тела на берег.

— Это мне-то? — забывшись, орёт Брадан, но тут же вновь понижает голос. — Да в два счёта всех перенесу!

Мне становится слегка не по себе, раз речь идёт о телах. Во что же ввязался Гилберт? Неужели знания, которые он так стремился приобрести, исказили его душу и направили по пути зла?

— Я тоже за то, — тем временем говорит капитан, — чтобы мы как можно быстрее с ними покончили.

— Я ещё не готов, — возражает Гилберт.

— Так приготовьтесь, что вам нужно?

— А он, наверное, колдовать не умеет, — произносит чей-то насмешливый голос прямо у меня над головой, а вслед за этим в открытое окно летит пепел, вытряхнутый из трубки. — Мы же не видели ни разу, каков он в деле, да?

Судя по тому, что всех, кроме одного, я сегодня уже видел или слышал, это должен быть помощник капитана.

— Нико, — раздаётся суровый голос капитана Бартоломео. — Сядь и закрой рот.

Затем заговорщики долго молчат, я слышу только звуки шагов и чей-то вздох.

— Хорошо, — наконец говорит Гилберт. — Сегодня вечером. Капитан, те травы, что я просил держать отдельно, мне нужны.

Я настораживаюсь — как бы не пришлось бежать, если кто-то выйдет из каюты. Но раздаётся что-то похожее на скрип крышки, и Бартоломео произносит:

— Вот они.

— Теперь кубок и подогретая вода, — командует Гилберт.

Что-то со стуком ставят на стол.

— Нико, осёл, куда кладёшь черпак! — рычит Брадан. — Он неустойчивый, держи в руке! Весь стол залил, дубина!

— Не имеешь права так со мной разговаривать, ты здесь всего лишь старший над матросами! — возмущается помощник. — Сам держи!

— Нико! — рявкает капитан.

Что происходит дальше, неясно, но все молчат.

— До поры, как пройдут три лета... — нарушает тишину монотонный голос Гилберта.

— Три года? Мы так не договаривались! — перебивает его Брадан.

— Я самоучка, — голос колдуна обманчиво спокоен. — Что нашёл, то нашёл. Вернёмся раньше — поднимем их раньше. Или на три года, или никак. И я прошу больше меня не перебивать.

— Ха-ха-ха, самоучка! — визгливо смеётся Нико. — На что поспорим, что не сработает?

— Нико!! — рычат хором капитан и Брадан.

Вновь повисает тишина.

— До поры, как пройдут три лета и три раза родятся льды... — вновь начинает Гилберт.