Быть с Бакланом. Часть I. Цветной челлендж

Красный и красный, где она чего там различает?

- В доколумбовом Перу малиновый шнур в узелковой письменности кипу обозначал Инку, Короля, - устало пояснил Пьер.

- А малиновый пиджак, - эхом продолжил Михей, пнув валяющегося рядом киллера, - атрибут «нового русского». И что?

– На такой нити могли располагаться также узлы «времени». То есть, указания срока правления Инки. - Пьер, как будто бредил, продолжая неторопливую лекцию. - Например, четыре узла это четыре года правления Инки. А красный шнур обозначал войну, или собственное войско, или собственные потери на войне.

- И причем тут это?? – психанул Михей, потому что часики-то тикали.

- Я вам перевожу то, что он рассказывает, - Пьер показал глазами на индейца и облизнул пересохшие губы. – А ответа я не знаю. Сами думайте.

Михей подскочил на ноги и принялся пинать все, на чем можно выместить свое бессилие. Потап растерянно сгорбился, не зная, чем тут можно помочь. А девочка Маша принялась лить слезы, смахивая их с экрана и пытаясь набивать все услышанные слова, коверкая на всякий лад, ведь в первом задании ответ тоже был с ошибкой.

Она вытерла мокрые щеки шейным платком, и перед глазами Пьера показался кулон с булыжником – гладкий, темно-зеленый, со светлыми крапинками. В такт движениям девушки он покачивался, как часовой маятник, отсчитывая последние минуты Баклана.

Мир перевернулся и их выбросило на знакомом магическом острове.

Пьер рухнул на песок, лицом вниз, и сделал долгий хриплый вдох, будто из-под воды вынырнул. С ним творилось что-то неладное. Попеременно, двоясь и выкручиваясь, он менял ипостаси, как залагавшая картинка на видео.

- Пьер! – Маша подскочила к Баклану, не зная чем помочь.

- Не лезь, - полоснул черными глазами так, что девушка отпрянула. – Не трогайте меня, - полоснул взглядом по парням.

У Михея брови на лоб поползли, он дар речи потерял от изумления: препод злится? Впрочем, он и так не собирался его трогать, вернее, помогать.

Потап же хмуро подошел к девушке, помог ей подняться и отошел подальше от оборотня. Что он там делал, было непонятно. Стояли непонятные хрипы, и еще будто остров содрогался вместе с Бакланом - песок под ногами вибрировал.

Потом наступила тишина и Потап обернулся.