Путешествие по одноклассникам с джинном Ваней

Ерофей принялся колдовать над «Слезой комсомолки». Достал склянку денатурата, пузырек с «Шипром», средство для снятия лака. Потапенко следил за ним умиленно.

— А знаете, хлопцы, — вздохнул Михаил, — иногда мне хочется, чтобы этот пузырь поскорее лопнул.

— То есть? — обалдела зебра.

— Нашелся бы отчаянный человек. Так сказать, народный мститель. И взорвал бы мою «Ласточку» вдребезги пополам.

— Зачем? — Тимур поперхнулся слюной.

— Устал жить… Будто на эшафоте. Голова уже в ложе гильотины. А нож все не падает.

— «Слеза комсомолки» поспела! — радостно изрек Ерофей. — Много не наливаю. Составляющие слишком эксклюзивны.

Выпили. Судорожно вздрогнули.

— Вот прямо сейчас бы — бац — взрыв! — нежно осклабился олигарх.

— Я в гальюн, — толкнул меня Тимур.

Когда Байбаков вернулся, лицо его забронзовело, как медальный профиль:

— Снял пластит.

Я выпучил глаза:

— Не понял?

Тимурка заговорил мне прямо в ухо:

— Какой толк взрывать нищего с золотым унитазом?

— Марокканскую Сеуту проходим, — выглянул в иллюминатор Потапенко.

— Сеуту? — спохватился кудесник. — Ведь там же моя Бругильда! Выйти можно?

— Капитан! — гаркнул в микрофон Потапенко. — Швартуй, лоботряс, судно.

75.

Когда яхта мягко ткнулась о резиновые скаты причала, джинн потер руки:

— Как же я хочу увидеть свою милую!

— А я, друзья мои, вас покину, — сурово произнес Тимур. — Отчалю в Москву. Подыщу толстосума без виртуальных денег.

Мы крепко обнялись.

— Будем на связи, — расчувствовался Байбаков. — И если случится крайняк, то именно я, Юрбас, приду на свадьбу.

Я гадал, как же Ваня вызовет свою возлюбленную? Крутнется на кирзаче? Позвонит по мобиле? Все оказалось проще. Джинн вставил в рот два пальца, пригнулся и свистнул так, что в окнах соседних домов задрожали стекла.

И тут же из марокканского переулка вывернула Бругильда. И ни одна! С ней ступала сексапильная ее копия, только гораздо моложе. Черноволосая, с высокой грудью. Ну прям, мамаша с дочуркой.

Иван облобызал Бругильду в сочные губы.

Ведьма его слегка оттолкнула:

— Позвольте представить Альбину.

— Ваша дочь? — заржал любознательный Горбунок.

— Клон… У нашего брата отпрысков не бывает. Альбинушка еще очень молода. Ей всего три дня.

— Надо же, — приподнял я левую бровь.

— Я о вас много слышала, — Альбина на меня нежно скосилась.

— А о нас с зеброй не слыхали? — насупился джинн.

— О вас тоже…

Я заглянул в глубокие карие очи Альбины и… утонул в них. Именно о такой девушке мечтал всю жизнь.