Девятая попытка Кота Митрохина

Иван поморщился и откинулся на подушку.

– Да здесь все, около кровати. Мы не воры, добрый человек.

Оружие действительно стояло возле кровати, прислоненное к стене. Иван, успокоившись, расслабленно вытянулся на постели.

– Значит, на Кощея идешь?

– Как получится.

– Ну, отдыхай, коли так. Да. Пошли, Робин.

Монах приподнялся с табурета, опять упал на него задом, потом все же воздел себя на ноги и, покачиваясь, поковылял к дверям.

– Выздоравливай, – пожелал Робин Гуд Ивану, – после еще поговорим, – и вышел из дому следом за монахом.

– Хорошо, – запоздало откликнулся Иван и закрыл глаза.

Его одолевала ужасная слабость, сильно кружилась голова. И еще ныло плечо, будь оно неладно.

В дверь просунулась голова монгола.

– Ты жив, повелитель?

– Какой я тебе повелитель. – Иван состряпал кислую мину.

– Повелитель жив! – обрадовано сообщил монгол кому-то. – Он проснулся!

– Ура! – дружно гаркнули на улице монголы, распугав ворон.

– Как твое здоровье, повелитель? – Монгол опять просунул голову в дверь.

– Да нормально у меня все, нормально, – раздраженно ответил Иван: «Господи, оставят меня в покое или нет?»

– Здоровье нормально, – сообщил своим воин.

Новое «ура» резануло по ушам.

– Надо тебе что-нибудь, повелитель?

– Да! Отдохнуть немного.

– О! Конечно, повелитель. С радостью, повелитель.

Монгол поклонился. Дверь захлопнулась.

– Какой ужас, – пробормотал Иван и вновь забылся сном.

Снилась Василиса. Она купалась в бочке, весело хохотала и просила Ивана потереть ей спинку, а когда Иван приближался к бочке, начинала плескать в него пенной водой, что, судя по всему, ее ужасно забавляло.

Рядом крутился Кот и давал советы, с какой лучше стороны зайти и как правильнее действовать мочалкой. Советы Кота очень сильно раздражали Ивана и отвлекали от дела.

Потом приковылял скелет и взялся нудить на манер менеджеров торговых залов, пытаясь всучить Ивану набор уникальной косметики для ухода за кожей и удивительный шампунь, от которого волосы становились неповторимыми и шелковистыми.

Иван тактично отказывался, а Василиса плескала в него потоками воды и требовала шампунь. А после объявились хан Бумбей с отцом Туком и принялись спорить, удастся ли Ивану сегодня потереть спинку Василисе или нет. Ивану все это осточертело. Он запустил мочалкой в Кота, схватился за голову, крикнул «А-а-а» и… проснулся.