Девятая попытка Кота Митрохина

Иван немного успокоился, вновь присел на кровать и уставился в окно. Смотреть было особо не на что. Прямо напротив дома вздымалась голая, почти отвесная стена, из которой кое-где торчали кривые голые ветви кустарников.

На улице смеркалось. Пламя свечи иногда колыхалось, отклоняясь внутрь комнаты. Где-то в раме была щель, из нее тянуло вечерней прохладой.

– Не понимаю, чего ты моментально расходишься из-за всякого пустяка? Она же еще маленький ребенок, – выговорил Кот Ивану, уплетая за обе щеки пирожок.

– Дело вовсе не в ней. Нервы это, Кот, нервы. К тому же она не знает элементарных вещей!

– Я тебе уже объяснял: средневековье, образ такой.

– Ну не могу я с детьми обращаться, не привык, – раздраженно произнес Иван.

– Это совсем несложно. Им всего лишь нужны внимание, забота и помощь. И не нужно искать в них отражение себя, такого умудренного жизненным опытом. У них своя, детская, мудрость, еще не отягощенная взрослыми понятиями и предрассудками.

– Чего-то ты расфилософствовался, – развеселился Иван.

 – Послушать тебя, так ты всю жизнь только и делал, что воспитывал детей.

Кот ничего не ответил, похоже, обиделся. Даже пирожок уже не так активно жевал.

– Да ладно тебе, надулся тоже, – на всякий случай добавил Иван.

Кот опять промолчал.

– Серьезно, нашел из-за чего.

– Я, вообще-то, учитель физкультуры. И еще труды преподаю, – на этот раз снизошел до ответа Кот. – И мне действительно нравится с ними работать.

– Извини, – пробормотал Иван. Он почему-то никогда не интересовался, чем в нормальной жизни занимался Кот. Даже не думал о нем, как о реальном человеке. Кот и кот, рыжий, упитанный, себе на уме…

Время текло медленно и тягуче. За окном уже совсем стемнело.

– Окошко бы завесить не мешало. Только вот чем? – вслух подумал Иван.

– Да кто позади дома шастать будет? А с той стороны света не видать, – сказал Кот.

Он уже насытился и развалился на полу, поглаживая лапой пузо.

Это был опять тот Кот, которого хорошо знал Иван, и ничего от человека, совсем недавно поучавшего его. «Может, защитная реакция такая на жизнь, специально выдуманный образ?» – подумалось ему. Интересно, как бы он сам себя повел, окажись в шкуре кота.

Вода в ванной перестала течь. Послышалось шлепанье босых ног, и в комнату вошла Аленка. Она остановилась на пороге, держа в вытянутых руках выстиранные платье и рубаху.