Сказка о вероятности существования Деда Мороза

И супруга Васькина ничего сказать не могла – сама-то она, накрыв для мужа праздничный стол, обычно ретировалась к соседке, с которой очень активно можно было почесать языками.

Андрей же Петрович возвращался в сознательное состояние почему-то всегда в собственном туалете, после чего минут десять просто сидел на полу, молча взирая на унитаз, затем мучительно поднимался на ноги, слегка опохмелялся и ложился спать.

И всё это время в его квартире витал какой-то странный дух. Нет, это был вовсе не аромат печальных последствий алкогольных возлияний, как Вы наверняка подумали – вовсе нет.

А второго января, когда никакого вышеописанного волшебства уже и в помине не было, Андрей шёл в какой-нибудь ближайший магазин и покупал себе незатейливый подарок. Новый год наконец-то, всецело вступал в свои права и жизнь продолжала течь своим обычным чередом.

В этом году, вечером тридцать первого декабря, Андрей Петрович, как обычно, наспех собрался и, прихватив с собой пару водочных бутылок – для Васьки, и свежекупленную фиалку в горшке – для Васькиной жены, отправился в гости к своему закадычному другу.

В тот самый момент, когда наступила полночь, окно в Андрюхиной квартире неожиданно распахнулось настежь, а морозные узоры, аккуратно застывшие на стёклах, вдруг ожили, засверкали с новой силой, взметнулись к потолку и принялись беззаботными бабочками плясать да кружиться по его поверхности.

Через распахнутое окно в квартиру лихо – по-молодецки – шагнул розовощёкий старик в длинной красной шубе, с серебристым посохом в руках и увесистым мешком за спиной.

- Ух, приморозило! – весело пробасил он, растирая свободной рукой в варежке, расписанной голубыми снежинками, свой нос, практически уже ставший таким же алым, как пламя ночного костра.

Затем странный гость зорко огляделся вокруг себя, легонько стукнул посохом по полу, и в тот же миг вся комната озарилась таинственным сверкающим светом.

- А вот гляжу-погляжу я, – покачал головой дед, – как-то слабовато хозяин сего жилища к празднику светлому подготовило. Уж ни гирлянд, ни мишуры не вижу что-то я.

Старик по театральному всплеснул руками, а потом и вовсе, схватившись за голову, изобразил уж слишком страдальческую гримасу на лице.