Человек, который украл тень

Ах, Луи, Луи, Луи,

Обладатель Камня.

Дама пусть растопит лед,

Подчинись же шарму!

Испарился он, как дым,

Дар забрав нескромно.

Пусть одно увидит в нем –

Королева помнит.

Ах, Луи, Луи, Луи,

Плут и проходимец.

Как извилиста тропа

У богов любимца.

— Моя королева, песня может прийтись ко двору, — довольно подытожил поэт.

— Ноэль, она должна стать самой известной в городе, — улыбнулась Анна.

Лишнее напоминание Варле не повредит.

***

Рубин “Сердце Анны” гипнотизировал и волновал. В гранях его играла тайна, обещая нечто удивительное, сокровенное… Луи был доволен.

Внутри было людно. Еще бы, эль здесь варили отменный. Варле устроился у стойки и с наслаждением следил за тем, как поднималась и оседала пена, играя над янтарным напитком. Он поднес кружку к губам, успев, впрочем, лишь испачкать усы.

— Луи Варле? — на плечо легла тяжелая рука.

— Луис Ваурлес, месье. Вы, вероятно, ошиблись, — он осторожно выскользнул из-под огромной ручищи, встречая опасность лицом к лицу, а заодно и взвешивая шансы.

Перед Луи стоял тип довольно внушительных размеров. Лицо его украшал неровный шрам, а правый глаз закрыла повязка. Рядом мялись двое прихвостней.

— У вас к нему дело? — спросил Варле и тут же пожалел.

— Знаешь его? — прогремел дылда.

— Знаю людей, которые его знают, — нашелся Луи, демонстративно потягивая напиток и готовясь дорого продать свою шкуру.

— Скажи ему, Форбан хочет доли с камня. За план замка, отвар и прочие подарки. Так и передай.

— Какого камня, месье?

— Он знает, — усмехнулся громила. Кивнул своим спутникам и направился к свободному столу.

Луи проводил их взглядом и уселся на прежнее место. Нужно было немного выждать и поскорее убираться. Где же он допустил просчет с проклятым Форбаном? Как тот узнал? Здесь было над чем подумать… Тем временем рядом за столом пьяные голоса затянули новый мотив.

Ах, Луи, Луи, Луи,

Похититель Сердца.

Даме как твое украсть?

Приоткрой же дверцу!

Варле сдвинул шляпу пониже, закрывая лицо, но решил во что бы то ни стало дослушать песню до конца. Так вот в чем дело!

Испарился, он как дым,

Дар забрав нескромно.

Пусть одно увидит в нем –

Королева помнит.