Странные вещи

Что ж, пусть будет так, хотя бы для успокоения грызущей меня совести.

Во-вторых: де Волер. Это слово на языке Франкас имеет несколько значений, причем таких явно символичных, что я невольно, сразу отношу нашу встречу с этим юношей к знаку судьбы. И это тоже пусть будет так.

От моего приглашения взойти на корабль, мальчишка, кажется, в полном восторге, но берет себя в руки, и вместо радостных воплей «Ура!», вежливо благодарит меня, делая сдержанный поклон, но я-то вижу, как глаза его загорелись радостью, а распухшие губы так и тянутся расплыться в счастливой улыбке.

 Шон, знающий мои правила «не брать посторонних и пассажиров на борт, предварительно тщательно не проверив их», немного удивлен и косится на меня в недоумении. Но юноша, явно, тоже пришелся ему по душе, поэтому спорить со мной друг не спешит.

— Господа, — ступая на палубу «Шершня», обвожу взглядом собравшуюся здесь часть моей команды, которая с любопытством наблюдала за происходящими событиями на пристани, — сегодня в наших рядах пополнение.

— Рэми, кх-кх… — немного смущаясь, отвечает тот, удивляясь тому, что на этой посудине принято знакомиться даже со слугами. — Рэми д’Анвэр, мсье.

Я удовлетворенно киваю и сообщаю «пополнению»:

— Я — капитан Анри Шершень, — делаю легкий поклон, — это помощник капитана, Шон Уокер, — указываю на моего друга, и дальше по очереди представляю остальных офицеров корабля.

— Паренек тощенький — с ним проблем нет, — шутливо оглядывает новичков наш инженер, мистер Сэм Хартланд, отвечающий за грузоподъемность судна, обходя по кругу чуть сконфуженные фигуры новобранцев, — а вот этот крепыш добавит нам веса, — указывает он на Рэми.

Тот переступает с ноги на ногу и натужно пытается втянуть, напрягающее ткань жилета, небольшое брюшко, чем вызывает дружный хохот моей команды.

— Ничего, мистер Хартланд, — весело успокаиваю я инженера, — парнишка у нас быстро станет рельефным, а Рэми непременно сбросит лишние фунты, ведь праздно шататься по палубе мы им не позволим, не так ли, господа? — киваю я своей команде.

— А то, — соглашаются присутствующие, — у нас всем работа найдется.