Странные вещи

Мы находимся в воздушных просторах Объединенного Содружества Островов Америгон и мы не нарушили ни одного закона.

Я жду, когда капитан крейсера пролистает все мои документы. Он сосредоточенно их прочитывает, то и дело поглядывая на меня.

— Капитан Анри Шершень, известно ли вам об указе Маршала Конфедерации, в котором говорится о том, что каждый, кто найдет странные вещи, должен немедленно передать их в штаб войск Конфедерации? — грозно начинает мсье де Тирье.

— Известно, — киваю я утвердительно.

— Могу я узнать, почему вы нарушили этот указ?

— Я его не нарушал, — поднимаю я бровь.

— Соблаговолите объяснить, почему ваши челноки только что сбросили в океан одну из тех странных вещей, о которых говорится в указе?

— То, что сбросили челноки — это самая обыкновенная вещь, господин капитан, — невозмутимо отвечаю я. — Это было сконструировано здесь, на «Шершне». Видите ли, мой инженер просто невероятный фантазер и еженедельно придумывает какую-нибудь новую конструкцию летательного аппарата. Вот и в этот раз придумал, сконструировал, а несколько минут назад провел испытания.

И, как видите, снова неудачно. Я в его сумасшествие не вмешиваюсь — пусть балуется, если ему так хочется. Он свободный человек и имеет право заниматься, чем ему заблагорассудится, разумеется, в нерабочее время.

Капитан крейсера начинает злиться. Да, я неплохо отвертелся. Никто из военных не видел самолет вблизи, то есть они не могут с точностью сказать, что вещь эта не из нашего мира. Издалека серебристая птица вполне походила на макет из легкого металла, который используется в нашем мире повсеместно.

Ну, а его похожесть на птицу — это фантазия моего инженера.

— Ваш старпом, мистер Уокер, одет в вещи, не свойственные нашему миру. Ваш инженер еще и белошвейка, которая экспериментирует с новыми моделями одежды? — язвит капитан крейсера, указывая на Шона.

— Нет, конечно, — улыбаюсь я. — Мистер Уокер нашел эту одежду на острове. Он вам ее отдаст немедленно, если вы этого хотите.

Мой друг, насколько я могу понять, сейчас пребывает в ужасном душевном состоянии, о чем говорит его крайне хмурый и даже злой вид.

Интересно, что с ним? Впервые вижу его в таком состоянии. 

— Да, несомненно, мы заберем эту одежду. И еще, мистер Шершень, мы обыщем ваш корабль на предмет других странных вещей, что вы не потрудились передать в штаб Конфедерации, — объявляет мне капитан крейсера свои намерения, а потом отдает приказы подчиненным и те бросаются шерстить мой бедный лайнер.