Странные вещи

Ну а Шон Уокер в тот год получил-таки титул герцога. Когда его отец, сильно перехворав и оглянувшись на тех, кто его окружает, не нашел ни одного наследника, вспомнил о своем незаконнорожденном сыне, что живет в Америгоне. Он тут же приказал отправить письмо с приглашением отпрыску прибыть в родовое гнездо герцогов Клифтонов, на что получил ответ, содержащий примерно такую фразу: «А не пошел бы ты к Цифендрам, папаня?!» Но герцог, как всем известно, человек хладнокровный, поэтому к Цифендрам отправляться не спешил, а наоборот, предпринял весьма долгое и утомительное путешествие на встречу к сыну.

Появление в имении Уокеров столь высокопоставленной особы, как бринитанский герцог, вызвало немало толков в светском обществе города Портсмарт. Да, это была новость номер один, а для всего незамужнего населения города еще и повод вытряхнуть из сундуков свои самые шикарные наряды, ведь тут ни с того ни с сего на горизонте нарисовался весьма привлекательный и ужасно обаятельный молодой герцог, которого нужно срочно заполучить в женихи.

Шон, по настоянию Генри, переговорил-таки с отцом, причем почти не язвил и не гневался на родителя. Он спокойно и даже немного безразлично принял все бумаги, что теперь давали ему огромные привилегии и солидное состояние, позволяли быть владельцем двух замков на островах Бринитании, а также подняли до небесных высот его востребованность женским полом. Шон, скупо распрощавшись с родителем, тут же отправился к Генри, дабы снять стресс от внезапно обрушившегося на него счастья.

Друзья отпраздновали это событие в самом дорогом из трактиров, провели ночь в лучшем из борделей, а на следующий день вместе отправились выполнять свои воинские обязанности на одном из крейсеров Военного Флота Америгона.

Батюшка-герцог не стал гневаться на отпрыска за его невнимание и холодный прием. Он вернулся восвояси и продолжал наслаждаться своей жизнью, но неотрывно следя за карьерой некоего лейтенанта Шона Уокера, который, к его удовольствию, быстро и уверенно двигался по служебной лестнице, кажется, не обращая внимания на свой герцогский титул.

А через пару лет папочка всем стал рассказывать, что гордится «своим мальчиком», несмотря на то, что этот «мальчик» уже без пяти минут как капитан воздушного лайнера. Простил ли Шон отца? Никто не знает, ведь старпом только улыбался и отмахивался от такого вопроса, а иногда мог сказать что-то типа: «Лучшее, что мог, он уже сделал. За это и получил лучшее, чего заслуживает».