Когда магия – жизнь

Аристарх прищурился и взял руку девушки в свою.

– Света видеть не может… – повторил он себе под нос и, присев на краешек кровати, закрыл глаза и сосредоточился. 

Несколько лет медитативной практики в академии научили его определять последствия применения магии. Её мельчайшие частицы какое-то время ещё остаются в телах и предметах после её воздействия. И здесь она тоже была. Тело Настеньки было насквозь пропитано остаточным мерцанием чего-то недоброго. Это не яд, – понял Аристарх, – намного хуже.

Внезапно дверь в спальню распахнулась, и в комнату влетел местный князь, весь бледный и напуганный. 

– Что с ней? Что с моей Настенькой? – хрипло простонал он, подлетая к кровати и хватая девушку за руку. – Мне сказали, что она здесь, без сознания. Я сразу примчался как мог!

И только князь Елизар приблизился, Аристарха как холодом обдало. От него исходила тонкая энергия, холодная, как сталь на морозе, – следы тёмной магии.

Аристарх невольно отшатнулся, но вовремя взял себя в руки. 

– Её отравили, – медленно произнёс он, мастерски скрывая отвращение. 

– Отравили? Как? Кто? Когда? 

– Да вот утречком ещё бегала, – запричитала Матрона Никитишна. 

– Но не переживайте, я смогу её вылечить, – заверил Аристарх. 

Елизар посмотрел на него с недовольством. 

– Сможете вылечить? И как же, интересно? Вы просто жалкий беспомощный старик, потерявший магию! Нет! Я отвезу её в город, к настоящему магу.

– До города она не доедет, и мы оба это знаем, – сощурился Аристарх. – Да и зачем же к магу? Здесь же всё очевидно. Нужно просто дать ей противоядие, и дело в шляпе. 

– Какое противоядие? – взвился Елизар. – Неужели не видно, что она заколдована? 

– Хмм… И как же это может быть видно человеку, не обладающему магическими способностями?

– Ой! – схватилась за сердце Матрона Никитишна и тяжело опустилась в кресло.

– Ну вот, смотрите! Ваше упрямство погубит сейчас не только мою Настеньку, но и её мать! 

– А не вас ли я видел сегодня возле этого дома? – резко сменил тему Аристарх, всё ещё не отпуская руку девушки. 

Елизар опешил и замолчал. 

– О чём-то вы с ней спорили, что-то доказывали… Да заморской ключевой водичкой потчевали.

– Ой! – снова ойкнула Матрона Никитишна.