Отсюда туда

Кровь бурлит, как подумаю…

- Ничего подобного! – возражал ему исследователь. – Ну вот поставили мы в позапрошлом году во главе Капитула этого Мородаму. Ну да, талантливый, молодой, с перспективами, и что? Чем он лучше – если уж вдуматься – любого прочего? Да ничем! А вот почему мимоага равно растворяется в воде и в базальте – при самых разных температурах и давлениях, вот это вопрос…

- Пфе, тоже мне вопрос. Потому, что кривая растворимости в любом устойчивом мире линейна, и теряет линейность лишь на переходах.

- Это гипотеза Кассиона, она не доказана!

- Никакого Касиона не знаю, и знать не хочу.

Это закон, я его сам вывел еще триста лет назад!

На этом месте дискуссии Николай, наконец, заснул.

Спал он до утра. Проснулся, как ни странно, отдохнувший и полный сил. Памапама спал рядом, дышал ровно, цвет лица был нормальным – видимо, противоядие подействовало.

Рядом с ним на глянцевом листочке лежали два маленьких серых шарика. Николай хмыкнул и широко разинул рот. Один немедленно сорвался с места и через секунду юркнул в желудок.

Другой покачался, но остался на месте. Хмыкнув, Николай взял его пальцами – шарик был упругий. Он откусил кусочек – неплохо, хотя вкус довольно странный. Он бы назвал его рыбно-яблочным. Поведение кусочка во рту тоже было необычным – он словно пытался разжеваться сам.

- Как на вкус, доброе утро? – спросила его хлопотавшая по хозяйству Фирамела.

- Немного странно, – сказал Николай. – Но в целом нормально. А что это?

- Хлеб, мясо, соль, перец, листик капусты и я еще туда рыбки кинула, – отрапортовала олойская ткачиха.

– И с вечера – вчера, то есть, залила это все прандвиндом. Наутро вот таким стал. Добавки?

- Спасибо, не надо.

Николай встал. Помимо него бодрствовали Виндамор и Виразума. Оба стояли в траве как статуи, не шевелясь, и только шумно и глубоко дышали.

- Чего это с ними?

- Да наглотались вчера этого, – объяснила Фирамела. – Тот, Лизипама, который с вами вчера приехал, объяснил, что они пару дней будут чувствовать себя так, словно обожрались сверх меры.

Ну, нам же больше достанется.

Николай подошел к своему рабу и подергал его за рукав.

- Как вы?

Виндамор очень медленно повернул голову в его сторону.

- Меня, – очень медленно сказал он. – Сейчас. Вырвет.

- Не вырвет, – успокоил его Николай. – Это же прандвинд. Он уже весь усвоился небось.

Виндамор закатил глаза и чуть не упал.

- Все нормально, – успокоил его Николай. – Вы просто постойте. И дышите глубже.

- А. Я. Что. Делаю. По.