Невыносимые. За порогом и дальше

Через них пробивался зов, бессловесный и требовательный, как… как предутренние объятия друзей, и этот зов исходил от чего-то огромного и цветного, которое пульсировало там, вдалеке, за клубистыми виксерами, а они уже выросли больше неба и закрыли собой весь мир и Миры.

Голос Фрадгена неприятным зудением доносится сквозь этот зов:

– Словом, добыча Кристаллов – дело трудное. И, что самое печальное – не всегда удается их сбыть. Наши маги закупают их охапками, но далеко не в любое время, и никогда нельзя понять, скоро ли им понадобится следующая партия – временами каждый месяц выгребают все, что удалось добыть и что завалялось где-нибудь в мешках, а временами долго-долго ничего не покупают.

Алера шагнула вперед, откуда несся бархатный зов большого и кристального, но Тахар схватил ее за руку:

– Ты видишь?

Без всякого удивления Алера поняла, что давно уже ничего не видит, потому что глаза ее закрыты, зрение только мешает слышать зов.

– Это же… магия!

Тахар стоит, закинув голову, и смотрит в потолок, который прежде был высоким-высоким, а теперь опустился пониже и показывал ему, как расходятся по миру и Мирам потоки силы. Сердце колотилось, как умалишенное, потому что теперь Тахар видел и понимал все, он знал ответы на вопросы, которые лишали сна и покоя обученных магов вроде мерзкого зануды Дорала, и которыми вообще не задавались самоучки вроде самого Тахара.

Откуда берется магия? Как она ходит по миру и Мирам? Что зависит от ее движений, которых не видят глаза даже самого лучшего, самого сильного и способного мага?

Потоки магической силы сплетаются с мощью природы, дополняют ее и окрашивают, ослабляют и усмиряют, а маги… маги – лишь пылинки в этом потоке, они не важнее кристальной пыли ­в виксерах, они едва могут дотрагиваться до силы, что несется и бурлит вокруг них, они представления не имеют о ней настоящей, о той… которую он, Тахар, может использовать теперь, он может, может, может, если ему хватит решимости обуздать эту стихию, тревожную и мощную, как горный поток!

Или он подчинит ее, или она разобьет его о камни, но и тогда он умрет счастливым.

– Тахар! – от голоса Алеры потоки силы вздрагивают, а потом разгораются ярче.