Пальтом

Но еще изветсно точно, задача его записывать историю здешних краев. Возможно, где нибудь есть другие Ластонаруки и у всех у них происходить всеобщий сбор. Но об этом знает только сам Ласти. Давно ли пишет свою историю Ластонаруки? Одно известно, он уже был и писал во времена тяжелых туч. -Во век тяжелых технологий я повесть здесь поведаю вам свою начну!- подумал Ластонаруки и почесал, вернее погладил себя по затылку своей не понятной рукой. Все это время, он не отрывая глаз от камня, держал в руках пишущий инструмент.

Инструмент был похож на зубило с достаточно острым концом. Руки Ластонаруки были приспособлены держать, ласта сворачивалась в трубочку, словно как сверло в дрель вставлялся инструмент. Но знаки писались путем выцарапывания на камне. Четкость их ни что не могло изменить, камень мог хранится под землей сколько угодно лет, и с ним бы ничего не произошло и все ясно было бы видно, так, как будто это только что было написано. Левой рукой рукой он, не глядя на бочку, зачерпнул немного пивчаги и свернув поудобней свою «ладонь» залил жидкость в отверстия уха. Так он питался. Взглянув на часы свои: -Пора!-хрюкомычание. Далее повествуется от лица Ластонаруки. Когда то здесь был девственный лес, друзья мои! Рыба в реках не знала обмана, не ела чужого червя. Но прошло много времени, скажу я вам, все изменилось. Лес поредел, и теперь мне все труднее прятаться здесь, приходится все время переезжать. Из леса, знаю я, построены дома. Поля изъезженны дорогой. Но кое где ямы аж до самого ядра, у человека, карьером это завется. И сейчас я обитаю в районе местечка вапол. Ну что ж, природа она всегда романтически тепла. Видал я многих здесь человеков. Особенно запомнилась одна группа молодых. Во главе с ними был какой то странный тип. Нос его был красно-феолетовый. Глаза мутные как болото, и говорил он столь не ясно, что всякая надежда пропадала к тому, чтоб что то у него спросить. Будто разум его был затуманенным и он был после какой-то бользни. С недельной не бритостью. А уверенность у него в знаниях всего вокруг была огромная. Он был одет в рубаху синего цвета, в клетку. Создавалось впечатление, что этой рубаих он никогда не снимал. Держал не больших размеров молоток в руках, да еще с такой гордостью, будто-то этим молотком забивали нечто ценное. - В этих известняках имеются алмазы, здесь находили.- обращался он к группе Жаль, что он не знал, что это моих ласт дело. Но не о них мой рассказ.