Нюхнём?

Должно помочь…

В момент приземления со всей невеликой силы толкаю ногами зелёную тушу. Послышался громкий “ЧАВК”, с которым оторвались несколько кусков листьев, и испуганный “В-И-И-и-и-и”, который довольно быстро удалялся. Я же был занят тем, что спасал свою жизнь — хитина у меня нет, так что падение с высоты четырехэтажного дома меня как минимум покалечит. Проверять, спасёт ли “открытость” — узнавать не хочу.

С трудом уцепившись за “перемычку”, и скользя ногами по разорванным краям листа, мне всё же удаётся выкарабкаться.

— Фух, это было близко, — смахивая рукавом пот, выдохнул я. Глянув вниз через дыру, кричу: — Ты там как, толстушка?

Гусеница тем временем встала и, задрав голову, угрожающе щёлкнула жвалами. Подумав, та всё же решает, что на сегодня высоты с неё хватит. Развернувшись ко мне спиной, она бодренько поползла вперёд.

— Пожалуйста! Обращайся! — весело помахав на прощанье, кричу вдогонку. — Хотя, знаешь, лучше не стОит!

Вздохнув, начинаю ползти назад. На этот раз спуск был сложнее, так как ботинки у меня были перепачканы в скользком растительном соке.

***

Я сидел на корточках и смотрел перед собой. Перед мной лежал потрёпанный рюкзак… мой рюкзак. Рюкзак, по которому всласть потопталась одна упитанная гусеница. Рюкзак, в котором были банка с мёдом и колба с очень пахучей травой. Стеклянные. Были.

Глава 2. Там на неведомых дорожках...

“Ладно, Бог с ней, с гусеницей, — думал я, вытряхивая разбитое стекло из рюкзака.

Никогда не знаешь, когда вроде как неудачное событие тебе наоборот добро принесёт. Поэтому обижаться на зелёную сосиску смысла нет — так можно пропустить благоприятную возможность. Это один из тех уроков, понимание которых приходит с опытом.

Колесо Фортуны движется всегда — это стоит держать в памяти. Находясь на “гребне волны” или “упав на самое дно”, человек должен помнить, что всё изменится. Как в той притче о царе Соломоне: “всё пройдёт”.

Да и не всё так плохо — гусеница раздавила банку с мёдом, но колбочка “с особым аргументом” осталась цела. И слава всем причастным богам, что это так! Эта колбочка, как ядерная бомба — должна быть наготове, но никогда не использоваться.

“В принципе, мёд ещё можно спасти…” — Подумал я. Не пропадать же добру, верно?

Подняв кусок листа, который упал вместе с гусеницей, задумчиво скребу затылок.