Рекламщик в ссылке для нечисти

Так вот...

— А чё искать? Дверь-то вон она. Али тебе, можа, окно по нраву?

Василий вдохнул, медленно выдохнул и досчитал до трёх. На большее терпения не хватило.

— Я жил своей привычной жизнью, — сказал он упрямо и тоже упёр руки в бока. — Может, это была не прям суперская жизнь, но меня она устраивала, а потом — раз! — и я тут. Да все вы сюда так попали, только сидите и не рыпаетесь, а я собираюсь приложить усилия, чтобы вернуться домой, ясно?

Он посмотрел на хозяина, сдвинув брови, и продолжил:

— Вот ты, хоть и бермуд, всё-таки на человека похож, и дом у тебя ничего такой, если сравнивать с другими.

— Да нешто тебе ведомо, злыдню, чё у меня за жизнь была! — рассердился Добряк. — Сам ты бермуд окаянный, изыди!

— Окей, дай угадаю. Всех шугаешь — значит, и раньше привык так жить, чтобы тебя стороной обходили. Натуру свою, видно, скрывал. Ну, а тебя всё равно раскусили и сослали куда подальше, к уродам всяким.

— Ничё ты не знаешь, — сердито сказал Добряк, но вроде призадумался. Смотрел всё ещё недобро, но указал рукой на лавку под окном, а потом и сам сел рядом, почесал широкую грудь в вырезе рубахи.

— Так, веришь ты, сможем мы тута возвесть место заповедное, и люд окрестный к нам повалит? — спросил он, сузив и без того небольшие глаза.

— Если все возьмёмся за дело, то ещё и как сможем, — уверенно ответил Василий и добавил на всякий случай: — Только людей не жрать!

Хозяин оскорбился.

— Ты за кого меня держишь? Я те чё, ырка, людей жрать?

— Да я откуда знаю? — пожал плечами Василий. — Я тут второй день всего.

— А, и откуда ж ты взялся такой?

Василий подумал, с чего начать, да и рассказал дядьке Добряку всё как есть. И про Южный, где спокойно жил, и про старый парк, и про городскую легенду.

— Это чё, ты знал и всё одно полез в трубу? — уточнил хозяин.

— Ну, типа, да.

— Во бестолочь, а.

— Да кто бы в это поверил? — оскорбился теперь уже Василий. — Такого не бывает вообще. Мало ли ерунды рассказывают!

Добряк внимательно посмотрел на него своими медвежьими глазками.

— Недаром сказки сказываются, разуметь то надобно.

Видно было, что-то его гнетёт, что-то ещё он хочет добавить.