Рекламщик в ссылке для нечисти

Может, ещё доведётся.

Они ещё немного прошли в молчании, и Василий спросил, оглядываясь:

— А ырка этот где, ты его не боишься? А то сковороду не взяли...

Марьяша фыркнула.

— Днём-то? Днём он прячется.

Говорила она теперь коротко и сухо, как будто что-то испортило ей настроение. Может, обиделась, но Василий не мог взять в толк, что он сделал не так.

— Случилось что? — спросил он.

Спросил, и самому смешно стало. Если ему это всё мерещится, то какая разница вообще?

— Да что ж могло случиться? Всё ладно, — ответила Марьяша ещё суше, блеснув глазами.

Василий пожал плечами. Не хочет говорить, её дело.

Они шли по лугу, который при ближайшем рассмотрении оказался не таким уж изумрудным. Приходилось смотреть под ноги, чтобы не вступить в коровью лепёшку, а то кроссовки белые, жалко. Тут Василий сообразил, что вчера прошёл этот луг, не разбирая дороги, а после бани ещё петлял по деревне, но с утра его обувь оказалась чистой. Не иначе, Марьяша постаралась.

И опять подумал: если он в коме или вроде того, то и зря ищет логику.

Может, кроссовки каждое утро будут становиться чистыми сами по себе.

А всё же этот бред затянулся. Чего доброго, так он здесь и целую жизнь проживёт, пока очнётся.

Не может же это быть реальностью? Ну, есть городская легенда про горку в старой части парка. Ну, съехал он по трубе. Ну, полнолуние было, и ворона каркнула, и облако закрыло луну, и что? И что?..

Никаких других миров не бывает, это же и дураку ясно.

Василий погрузился в раздумья.

Если он продолжает видеть всю эту фигню, значит, его мозг ещё работает, и он жив. Значит, он может очнуться. Осталось только понять, как это сделать. Пока что он действовал так, как казалось логичным в таких обстоятельствах, но, может, нужно сломать эту схему?

Первым делом в голову пришла мысль, что нужно умереть, но Василий её отмёл. Это на потом, если больше ничего не сработает.

Он остановился, упёр руки в бока, подвигал локтями, как крыльями, и закричал петухом:

— Ку-ка-ре-ку-у!

Волк даже тявкнул от неожиданности.

И Марьяша остановилась, уставилась на него.

— Будь моей женой, красна девица! — заявил Василий, протягивая к ней руки. — Передо мной явилась ты, как гений чистой красоты, и нет мне жизни без тебя. Ну, что скажешь? Так себе креатив, да?

Марьяша застыла, только смотрела широко раскрытыми глазами, и щёки её делались всё алее. Василий уже понадеялся, что сейчас она откроет рот и произнесёт: «Пациент очнулся!».