Рекламщик в ссылке для нечисти

Заборов тут не ставили, вместо них сажали подсолнухи. На их золотых шапках качались шешки, как воробьи, набивая щёки. А дорогу, похоже, и впрямь использовали как свалку. Василий, осматриваясь, заметил даже старый валенок, утопленный в подсыхающей луже. Рядом греблись куры, поклёвывая его.

Всю эту красоту обнимало тёплое синее небо, большое, какого Василий никогда и не видел, живя в городе. Наверное, такое небо только в деревнях и бывает.

— Чем вы тут живёте-то? — спросил Василий, осматриваясь. — Огороды, вон, запустили.

И покосился на сеть.

— Царь-батюшка своей милостью не оставляет, — ехидно ответила Марьяша. — По его указу нам раз в четыре десятка дней провизию подвозят, непутёвым. У нас же тут ни зерна, ни мельницы, ни сеять, ни жать не умеем — нечисть, одно слово. Так и живём от обоза до обоза.

И добавила уже без насмешки:

— А то и рыбу ловим. Лес ещё выручает, грибы там, орехи, ягоды да мёд. Нешто нам много надо?

У крайнего дома Василий огляделся, надеясь увидеть дядьку Добряка, который превращается в медведя, но не заметил его.

Василий посмотрел на свою — а у него с вышивкой, — вспомнил, что забыл джинсы и толстовку в доме старосты, да и махнул рукой. Если это всё не по-настоящему, то и какая разница?

Один из парней свистнул заливисто, а второй окликнул:

— Эх, хороша Марьяша, да не наша! Жениха нашла? Что за чёрт косматый?

— Сами вы черти, — беззлобно ответил Василий.

Парни рассмеялись, как будто он сказал что-то глупое и потому смешное.

— Не заговаривай с ними, ну их, — сказала Марьяша и даже головы не повернула.

На дорогу, брошенная им вслед, упала ощипанная шапка подсолнуха. Волк залаял, а парни опять загоготали.

— А чего вы тут порядок не наведёте? — поинтересовался Василий, когда они уже вышли за ворота и спускались с холма. Луг отсюда казался зелёным, как изумруд, а вдали, у леса, паслись коровы.

— Порядок? — переспросила Марьяша, остановилась даже. — А это и есть порядок для мест, где нечисть обитает. За это нас от добрых людей и отселили.

Она пошла дальше, широко шагая, и Василий поспешил за ней.

— А домовые? — не согласился он. — Я же помню, в сказках читал, они хорошие, людям помогают.

— Хорошие? — прищурилась Марьяша. — Так зашёл бы к дядьке Молчану да проверил.