Рекламщик в ссылке для нечисти

— Звал меня? — раздался голос за спиной.

— А-а, блин! — испуганно воскликнул Василий и обернулся. — Звал, да.

Ещё не совсем стемнело, так что он ясно видел лицо колдуна. Странное лицо, вроде и гладкое, почти без морщин, и седины в волосах всего пара ниточек, но всё равно кажется, что Казимиру под сотню лет. Может быть, из-за глаз. Они до того запали, что чётко обрисовались края глазниц, и взгляд был тяжёлый, мутный, неживой. Неприятный взгляд.

А ведь был бы даже ничего с виду, если бы не глаза. Лицо холёное, тонкий нос с горбинкой, усы с бородой волосок к волоску, одежда золотой нитью вышита, на пальцах перстни.

— Сделал я, как ты говорил, — сказал Василий, разглаживая низ рубахи, заскорузлой от крови, и огляделся с тревожным видом. — Всё, что можно, поджёг. Они сами на Горыню подумали, даже почти и помогать не пришлось. Он в лес ушёл, но без коня, и, в общем, не знаю, жив ли останется. Крови столько было! Наверное, долго не протянет.

Казимир молча смотрел. Ничего не говорил, не кивал, и Василию стало не по себе.

— Нож я достал, — сказал он, нервно сглотнув. — Но видишь, что Добряк этот проклятый сделал? Посмотри!

Василий указал на рваную рубаху, пропитанную кровью, а потом выставил перед собой перевязанную руку.

— Вот, видишь? Узнал, что нож у меня, и силой забрал!

Уголок рта Казимира дёрнулся вверх.

— Вот, значит, как. А мне Добряк о таком не докладывал.

— Так а мне что делать теперь? — жалобно спросил Василий.

Больше всего Василий боялся, что теперь он Казимиру не нужен. Чего доброго, окажется, что колдун и правда может вернуть его домой. И вернёт, вот прямо сейчас.

Или, некстати и только теперь пришла в голову мысль, уберёт другим способом. Зачем ему человек, который знает лишнее?.

По счастью, Казимир от предложения не отказался.

— Я велел тебе остановить работу... — начал он.

— А я уже! — перебив его, торопливо проговорил Василий. — Сказал им, что в таком виде я не работник и что вообще никому теперь не доверяю, раз уж Добряк со мной так... Да они и сами все перессорились, а пока выясняли отношения, всё испортили назло друг другу. Ты, может, видел, крыши все чёрные, и на дорогу хлама набросали, не пройти.