Рекламщик в ссылке для нечисти

Поздно мы уразумели…

Ярогнева поднялась и вышла. В открытую дверь было видно, как она смотрит из-под руки в сторону озера. Вернувшись, сказала с улыбкой:

— Косит… Добрый парень. Хорошо ему тут, уж всяко лучше, чем в царском тереме.

Василий поёрзал на лавке. Сидеть было жёстко и неудобно. Рука болела, плечо ныло, голова казалась тяжёлой и горячей. Печной чад раздражал, и открытая дверь не спасала.

У него были вопросы, он хотел получить какие-то ответы, но сейчас ничего не мог вспомнить. Хотелось обезболивающего, проветрить дом и мягкую постель.

Он напряг все силы, чтобы понять, о чём говорит ему бабка Ярогнева.

— …Тихомир да Борис крепко дружили, хотя у жён их размолвка вышла. Жён они мирить не пытались, такое-то не замиришь. Шибко Рада о том печалилась, всё ждала, отыщется способ проклятие снять, тогда она имя своё очистит. В ночь ту она дома была, муж её видел, работники. Сам царь Борис в её вину не верил, а Всеслава, поди ж ты… От горя, видать, помутился рассудок.

Нахмурившись, Ярогнева рассказала, как два года назад царица вдруг позвала бывшую подругу на разговор, да не куда-нибудь, а на берег реки, в их любимое место, где они девками ещё гуляли. Мол, прощения хочет испросить, а для того вспомнить о прошлом, когда они сёстрами были друг дружке, поверяли все тайны, делились мечтами.

— Говорила я ей: не ходи, или хоть работников с собою мужниных возьми. Куда там! Пошла Рада, да и сгинула.

Ярогнева, вздохнув, покачала головой.

— Отыскала я её уж после. Те, в ком русалья кровь, от судьбы человечьей отказаться могут — иные по своей воле, иных вода зовёт. Вот Рада и отказалась, чтобы спастись, и с того дня к реке привязана. Тихомир думает, своею волей ушла, не попрощавшись. Рада с ним видеться да правды сказывать не стала, знала, что горяч он в гневе, пойдёт царицу винить, и быть беде, останется дочь без отца и без матери.

Ярогнева помолчала, глядя перед собой, а потом добавила, что опасались они не только царицы, но и того, кто её подучил. А что у Всеславы нашёлся советчик, было ясно: если хотела мстить, то слишком уж долго ждала. Скоро к царскому двору явился Казимир, тогда и стало ясно, что он во всём замешан.

— Нож, — вспомнил Василий. — Значит, чёрный человек соврал.