Это не те мобы!

— Вы меня до цирка не проводите? — просительно заглянула в его глаза Кали, и тут же, не давая спросить или задуматься, затараторила: — Мы в город ехали, хотели представление давать, а тут ось сломалась, дядя Мирт, это наш клоун, он еще ножи здорова метает и огонь глотать умеет, вот значит он и сказал про привал, а мы же из самого Тилатараторантарина едем, только в деревнях останавливались, и вот значит...

— Стоп! — вскинул руку Олаф.

— А...

— По пути расскажешь, далеко до твоего цирка?

— Нет, он чуть в стороне от круга бессмертных и ближе сюда, дядя Мирт говорил, что.

..

— Веди, — оборвал девочку Олаф, и остальные воины дружно закивали.

Разумеется, попытка идти боевым строем и соблюдая хоть видимость тишины провалились, Кали просто не могла молчать. Видимо, так девчушка сбрасывала стресс. Естественно, Олаф попытался расспросить ее о волке, нежити и том, как столь юная особа оказалась в лесу. Само собой, ему тут же дали на все более чем исчерпывающий ответ. Настолько исчерпывающий, что к моменты выхода на полянку, занятую кибитками и повозками бродячего цирка, Олаф заочно знал две дюжины человек.

Причем не только то, кем они приходящихся Кали, но и в каких отношениях состоят друг с другом, что умеют, любят, как выглядят, и даже отдельные, особо выдающиеся вехи биографии. Короче говоря, в голове отряда царил полнейший сумбур от информационной перегрузки, да и перед глазами все как-то плыло, лишь голос спасенной девочки, не умолкающий ни на мгновенье, служил путеводной нитью, по которой в разум вливались все новые и новые подробности из жизни бродячих циркачей.

— Папа! — радостно закричала Кали, и бросилась к звероподобного вида мужику, ничем не уступающим в размерах и косматости самому Олафу.

Крик девочки, и наступившая пауза в ее непрекращающейся речи, позволила воинам скинуть оцепенение и обнаружить себя в кольце вооруженных до зубов циркачей.

— На меня серебряный волк напал, а эти дяденьки меня спасли, — тут же выпалила Кали.

— Опять значит привязался, — огладил курчавую головенку мужик.

— Отбой, — бросил он скрипучим, каким-то совершенно не живым голосом, и циркачи принялись убирать оружие.

«И откуда у них столько железа?» — подумал Олаф, но тут же отмахнулся от дурацкого вопроса. Итак ведь ясно, что жизнь у ботов неспокойная, кочуют, мало ли...

— Пап, а давай их чем-нибудь наградим? — подпрыгнула и хлопнула в ладони Кали. Да так звонко хлопнула, что Олаф и забыл, о чем только что думал.