Это не те мобы!

Насколько это вообще возможно сделать, при наличии трех щитов на десятерых. Впрочем, уйти далеко им не довелось. Не прошагав и четверти часа, они услышали «помогите!»

— Туда, — распорядился Олаф, быстро сориентировавшись по раздавшемуся рыку.

— Конунг, а если... — начал коренастый гном в глухой броне с двуручной секирой на плече.

— Мелкий! — перебил его Олаф, — Если это ловушка, то... — он замолчал и посмотрел на остальных воинов дружины.

— Тем хуже для тех, кто ее устроил, — дружно рявкнула опытных восьмерка бойцов.

Гном Хорр, только недавно вступивший в клан, вздрогнул, покрутил головой, от чего шлем пару раз скрипнул о защищающий шею стальной воротник, после чего бухнул секирой о ростовой щит и расхохотался. Ему определенно нравились эти безбашенные парни, отдыхающие в игре и не боящиеся ничего и никого.

— Помогите! — прилетел новый крик.

В этот раз стало понятно, что кричит ребенок. Воины удивленно переглянулись, после чего бросились на голос. Топот ног и лязг оружия заглушил рык, прилетевший следом за очередным «помогите».

Пять минут бега, и отряд выскочил к дереву, под которым обнаружился волк. Нет, не так — Волк. Огромный, с серебристой шкурой, внушительным когтями, следы которых отчетливо проступали на коре и желто-красными глазами, напоминающими смесь янтаря и тлеющего угля.

— Строй! — рявкнул Олаф, выхватывая мечи.

Но боя не состоялось. Волк недовольно рыкнул клацнул зубами и унесся в чащу.

— Чуть штаны не испачкал, — хохотнул Крууш.

— Зверюга, — кивнул Хорр, проводив волчару уважительным взглядом.

Именно этот момент выбрала девочка лет десяти, чтобы упасть с дерева, на нижней ветке которого пряталась.

— З-здравствуйте, дяденьки бессмертные, — тут же встала и поклонилась малышка, одетая в мешковатое платьице, когда-то бывшее светло-серым, а сейчас испачканном чем-то зеленым и с порванным подолом. — Спасибо, что спасли, — еще раз поклонилась девочка, а потом тряхнула головой и из короткой, но удивительно кудрявой прически посыпалась труха.

— Прыгнула? — поднял бровь Олаф, несколько растерявшийся от всего происходящего.

— Ага, вон с того сиганула, — девочка указала на соседнее дерево, ветки которого качались метрах в десяти. Самые тоненькие ветки. — Я же акробатка, меня Кали зовут.

— Олаф, — представился конунг, вызывая справку, но не сумев получить информацию о собеседницы.