Будильник

Перед тем как окончательно уйти, он обернулся и добавил:

– Да, чтобы быть полностью уверенным, я пришлю к вам в помощь своего… хмм… Мага, назовём его так. Его помощь вам пригодится.

Договорив, он исчез за дверью, грохнув ей так, что та едва не слетела с петель.

Не успела доска, именуемая здесь дверью, закрыться за «добрым гостем», как главарь банды заехал заместителю локтем в челюсть и заорал на всю таверну:

– Идиоты!!! Кэрузум смилостевись, да кто ж вас таких дурных только создал?! – Ещё одному из стоявших рядом ворюг достался добротный удар в челюсть, от чего он отлетел на метр, едва не сломав шею.

Спорить с озлобленным главарём было попросту опасно — в ярости он убивал не задумываясь — потому Бринз в числе первых рванул к задней двери, чтобы лично отправиться в верхний город.

Выйдя из здания таверны, Магистр не останавливаясь махнул рукой прислонившейся к соседней стене спутнице и в быстром темпе направился к выходу из города.

– Как прошло? – уточнила Мирэдна.

– Смеёшься? Едва сапоги мне перед уходом не вылизали, черви.

Услышав это, девушка не удержалась и едва слышно бросила:

– Ну и пусть бы вылизали, хоть денёк бы в чистых походил.

…за что тут же поплатилась, получив новую оплеуху.

– Знай своё место, Мирэдна! – Злобно сверкну глазами в её сторону Магистр.

Поднявшись с камней, Мирэдна отряхнула с плаща дорожную пыль и смиренно поклонилась:

– Да, господин.

– Другое дело. Идём скорее. Нужно вернуться к церемонии, «Рамло Дис-Сангви».

Оба мага тут же обратились чёрным пеплом и исчезли, оставив лишь прах на мостовой.

Глава 24

Вроде бы ничего не изменилось. Всё так же сплю. Только холоднее стало, да воздух стал какой-то едва ощутимо другой. Влажность, наверно, выше стала. Ну да, меня окружил густой, холодный туман…

А ещё пропали все. И друзья, и телега, и ночной лес вокруг. Я очутился в какой-то пустоте, но она была лишь буфером, переходной стадией, после которой… я озирался уже в горах.

Хребты показались мне смутно знакомыми, словно я их уже видел, но с какого-то другого ракурса. Да, если бы я где то там, в той долине стоял, малость правее, то как раз… или нет? Ничего там нет. А есть ли я?

Состояние моё оказалось совершенно странным, я с трудом был способен его понять. Словно бы душа болела, где-то в глубине грудины. Будто что-то громадное схватило меня и переставило согласно своей воле куда-то ещё, как шахматную фигуру по полю.