Али баба и тридцать девять плюс один разбойник

Наступила гнетущая пауза.

Али-баба, ожидая ответа, смотрел на Махсума; Махсум растерянно косился на Ахмеда, а Ахмед затравленно и туповато поводил глазами то на Али-бабу, то на Махсума.

– Масло? – переспросил Ахмед.

– Да-да, совсем немного, а то, боюсь, мясо пригорит, а лук почернеет и станет невкусным.

– Я сейчас. – Ахмед сорвался с места, пролетел через дом и выскочил с другой его стороны. – Чего ему вдруг понадобилось наше масло? На что он, гад такой, намекает?

Ворча так, он подбежал к одному из кувшинов, сорвал с него крышку и вынул миску, прикрывавшую голову сидящего в кувшине разбойника.

– Уже пора? – прогудело из кувшина.

– Нет! Сиди тихо, пока я не скажу.

Ахмед вновь накрыл кувшин крышкой и понесся обратно на задний двор.

– Вот! – протянул он Али-бабе миску, полную масла.

– Огромное спасибо! – поблагодарил Али-баба, долил в казан совсем немного масла и вернул оставшееся Ахмеду. – Этого, я думаю, будет вполне достаточно.

Ахмед понесся обратно, вновь пролетел через дом, выскочил на улицу и подбежал к кувшину.

– Все! – доложился он Махсуму, вернувшись на задний двор.

– Али-баба, – позвала Марджина, выглянув из дома. – У нас в лампе заканчивается масло.

– Так залей!

– Масла ведь больше нету.

– О Аллах! – Али-баба вновь посмотрел на Махсума, тот – на запыхавшегося Ахмеда. Ахмед, печально глянул на своего предводителя и очень зло – на Али-бабу.

– Ахмед? – произнес Махсум, и разбойник вновь понесся через дом в передний двор, подскочил к кувшину, открыл крышку и схватил с головы разбойника миску.

– Уже пора? – вновь донеслось из кувшина.

– Нет! – грохнул крышкой Ахмед и побежал обратно, но во дворе было темно, хоть глаз выколи, и он внезапно на что-то налетел.

Тр-рах!

Миска разлетелась на куски.

– Иа-а! – обиженно взревел осел, обильно политый маслом.

Откуда ему было знать, что разбойник несет противное масло, а не вкусного овса несчастному ослу, посаженному бессердечным Али-бабой на жесткую диету.

– Ох-х, гнусное животное! – Ахмед поднялся с земли, тряся головой. – Развели тут ослов!

Потирая старые ушибы на левом боку и ругаясь себе под нос, Ахмед побрел обратно к кувшинам. Нащупав крышку, он снял ее и повел рукой в поисках миски, но вместо миски рука нащупала вихрастую голову.

– Так, здесь я уже брал, – сам себе сказал Ахмед. Закрыв крышку, он перешел к следующему кувшину.

– Ахмед, ну долго еще? – всхлипнул сидящий в кувшине.

– Как получится.