Али баба и тридцать девять плюс один разбойник

Такого еще ни разу не бывало, чтобы кто-то приобрел рабов и сразу подарил им свободу – это ж столько денег выкинуто на ветер!

– А мы? Что нам делать? – крикнул вслед Али-бабе старик.

– Странный вопрос, – обернулся юноша, остановившись на миг. – Делай то, что делают все свободные люди: работай, потей, вовремя плати подати и страдай как все, – сказал так и пошел дальше.

Народ расступался перед Али-бабой, в немом изумлении взирая на него.

– Постой, о добрый юноша.

Марджина нагнала Али-бабу у самого выхода с базарной площади, когда тот уже собрался свернуть в узкий проулок.

– Ну что еще? – остановился Али-баба.

– Ты куда собрался?

– Как куда? Домой, разумеется!

– А я?

– А ты иди к себе домой.

– Мое селение разорили бандиты, и мне некуда больше идти, – вздохнула красавица, опуская голову.

– Ты хочешь сказать, что я должен еще и его отстроить? По-моему, я и так немало для тебя сделал.

– Что ты! Нет, конечно! – Марджина протянула к Али-бабе руки в просящем жесте.

– Эт-то еще зачем? – возмутился Али-баба, недовольно сводя густые брови.

– Я буду тебе служанкой. Я умею делать все, и даже больше.

– Совсем с ума сошла? Иди-ка ты своей дорогой, умелица на все руки. Служанки мне не нужны.

– А кто тебе нужен? – Девушка никак не хотела оставить Али-бабу в покое, и тот уже начинал жалеть, что вообще ввязался по душевной простоте и жалости к девушке в историю с рабами.

– Мне никто не нужен, – отрезал Али-баба, рубанув рукой наотмашь.

– А мы? – послышалось из-за спины Марджины.

– А вы – тем более! – заглянув через плечо девушки, сказал Али-баба.

– Но куда же мы пойдем, добрый господин?

– Повторяю в последний раз: я никакой не господин! – вышел из себя Али-баба. – И хватит уже обзываться неприличными словами, а то я… – и замолк, пожевав губами.

– Что? – спросила Марджина, похлопав очаровательными ресницами, и вытянула полноватые губки.

– Ничего. – Али-баба повесил плечи, вздохнул и пошел быстрее.

– Вы что, так и будете теперь преследовать меня? – разозлился Али-баба.

Марджина утвердительно дернула подбородком и мило улыбнулась, а старик с мальчишкой завертели головами.

– Да ну вас… всех, – махнул рукой Али-баба, осознав, наконец, что от преследования ему не избавиться – рабы, как оказалось, вещь слишком прилипчивая и назойливая.