Не будите спящих красавиц

– Вы же сыскное агентство, могу я вас нанять? – зомби Артмаэль вопросительно обвел нас тусклым взглядом.

– Прежде всего, позвольте пришить вам пуговицу, – я достала из кармана артефакт.

Дуся принесла иголку с ниткой, и я принялась за работу.

– Вы не должны с ней расставаться, – пояснила я. – Эта пуговица способна остановить время вокруг вашего тела.

Он благодарно коснулся моей щеки. Ледяные пальцы каменного принца неожиданно обожгли огнем. Лицо пронзили тысячи невидимых игл. Я отпрянула от зомби и упала. Щека пульсировала волнами боли.

– Что это у нее с лицом? – испуганно спросила секретарша.

Я потрогала болевшее место. На ладони крови не было, и это немного успокаивало. Кое-как я поднялась на ноги и вышла из комнаты.

Зеркало показало, что все в порядке. Только на щеке алела изящная татуировка. Змея свернулась кольцом, поедая собственный хвост.

Артмаэль ждал за дверью. Едва я вышла, он схватил меня за руку и потащил за собой к выходу.

– Что происходит? – я с усилием вырвалась и остановилась.

– Ты еще не поняла? – он улыбнулся, обнажая испачканные землей зубы.

– Невозможно, – я покачала головой, – я живу в земном измерении с детства, даже немного помню отца. Вы что-то путаете.

– Этот знак, символ Нага, украшает мой герб и знамя. Ты получила его в качестве добрачной клятвы, – он протянул ко мне руки. – Барра похитил тебя, когда ты была еще младенцем. И растил как свою дочь, пока не решил вернуться домой. Должно быть, он скрыл знак от посторонних чарами.

– Он владеет магией? – я не знала, что сказать, поэтому спросила первое, что пришло в голову.

– Естественно, как и все остальные, – он нетерпеливо добавил. – Идем же.

– Вы собирались жениться на ребенке? – ужаснулась Дуся. Она подошла ко мне и встала рядом. – А как же разница в возрасте и нормы морали?

– У нас так принято, – терпеливо пояснил зомби. – Брак заключается в интересах клана. Иногда оба супруга еще в пеленках, иногда кто-то старше. Несколько десятков лет не имеет значения для тех, кто живет по тысяче лет.

– Что? – я вскинула на него глаза. – Сколько лет?

– Тысячу, – он указал на дверь, – Пойдем. Нам пора домой.

– Знаете, – отстранилась я, – вы меня, конечно, извините. Но я никуда не пойду.

Предстояло обдумать все как следует. Ни радости, ни волнения я не испытывала, скорее беспокойство и тревогу. Надвигалось время перемен, к которым я не была готова.

Мы с Дусей направились к кабинету Михеича. Артмаэль двинулся следом.