История одного гоблина: Символ веры

Шаман осмотрелся внутренним зрением, нашел ближайший источник Дэ и вобрал вобрал в себя столько энергии, сколько смог. Получилось намного меньше, чем в волшебной одежде, бесцельно сгоревшей в костре у ящеров.

– Надо новый костюмчик пошить, – решил про себя Гарб. – Не дело это, чтобы магия заканчивалась так быстро.

Сделав еще несколько магических упражнений, гоблин принялся фехтовать.

За этим занятием его застал вернувшийся разведчик. Бурбалка какое-то время беззвучно висел, слегка искажая солнечный свет, затем не выдержал и кашлянул, чтобы привлечь внимание.

Кашель призрака заставил шамана подпрыгнуть.

– А чтоб тебя! – буркнул Гарб. – Духам не положено кашлять, да еще за спиной!

Его мнимую слабость раскрыли, и гоблина это слегка огорчило.

– Ну, прошу пардону. Призракам вообще много чего не положено, но я не большой охотник до крайностей, – парировал дух и уронил из воздуха к ногам гоблина книжку.

Шаман удивленно поднял тяжелый фолиант, сдул с него пыль и прочитал название, написанное на малопонятном ему древнечеловеческом.

Название гласило «Сiе есть съ Божiею помощiю пiсаный трудъ о тваряхъ дикихъ».

Ниже мелким шрифтом было добавлено «Размышленiе о сравнительномъ достоинствѣ въ отношенiи нелюдей разныхъ срѣдствъ i способовъ убiѣнiя».

– Что это? – спросил он у Бурбалки.

– О, это офигительное чтиво. Глянь на досуге. Особливо интересные там странички о твоих родичах.

Гарб полистал книгу, наткнулся на иллюстрированную статью про гоблинов, и углубился в чтение, с трудом разбирая непонятные фразы.

Сначала он побледнел, потом посерел и захлопнул книгу.

– Дикость какая-то! – выдавил шаман из себя.

– А то! – обрадовано поддакнул дух. – Полюбуйся, как тут любят вашего брата.

– Вижу, – глухо отозвался шаман. – А как ты ее принес? Книгу.

– Это самое интересное! – с энтузиазмом начал Бурбалка. – Помнишь, на днях костер погас ночью? Каввель тогда еще ворчал, что за хворостом надо опять идти.

– Ну, помню. Спать мне не давал, топал своими копытищами. Это ты к чему?

Гоблин задрал голову и попробовал рассмотреть у почти прозрачного силуэта черты лица.

Они стали видны чуть больше, чем раньше. Человеческие, кажется, но это все, что удалось разобрать. По большому счету, призрак никогда не говорил, кем был при жизни. Он мог оказаться как эльфом, так и гномом.

– Это я костер погасил. Зачерпнул из него энергии, он и погас. Ее было маловато, но я малек восстановил силу. И тут же зацепился за дерево.

– Чего? – не поверил Гарб.

– Того! – ответил Бурбалка.