История одного гоблина: Символ веры

– Постойте! – поднял лапу Гарб, останавливая друзей, уже готовых напасть всем скопом. – Разве вы не видите, что она разумна?

– И что с того? Нам жезл-то все равно нужен, – возразил Каввель.

– Ладно, тогда попробуй ее убить, а потом вытащить тело из прохода.

Минотавр озадаченно почесал между рогами. Концепция оказалась слишком сложной для его обычной тактики «сначала бей, потом спрашивай».

– И что ты предлагаешь? – поинтересовался он.

– Попробую договориться.

Гарб подошел к паучихе. Та внимательно осмотрела пришельца и подпустила к себе ближе, не обнаружив в нем угрозы.

– Ты меня понимаешь? – спросил шаман.

Королева опустила одну лапу и принялась что-то корябать на пыльном полу. Гарб присмотрелся и воскликнул:

– Какая прелесть! Нет, вы только подумайте!

– Что? Что там? – заинтересовались переговорами остальные.

– Только не приближайтесь, а то контакт испортите, – предупредил гоблин. – Она пишет древнеэльфийской клинописью, только на современный манер.

– Что-то не похожи эти закорючки на эльфийское письмо, – сказал Аггрх.

– Конечно, – пояснил Гарб. – Ты знаешь современный рунический алфавит, пришедший на смену клинописному письму шесть тысяч лет назад. Клинопись куда древнее, и эльфы пользовались ей задолго до появления собственной азбуки. О ее происхождении сведений нет. Да и не любят остроухие распространяться на эту тему. Хотя в их библиотеках еще можно встретить старинные глиняные дощечки с такими вот символами.

Аггрх скептически посмотрел на гоблина.

– А ты откуда все это знаешь?

– У меня были хорошие учителя в мире духов, – пошаркал тот ножкой. – Но вернемся к нашим паукам. Она пишет, что ее в эти края принесли еще совсем молодую тринадцать лун назад. Оказывается, здесь похозяйничали темные эльфы-троу. Ах, вот почему клинопись! Они до сих пор ей пользуются. Как консервативно! Кстати, знаете, почему их называют троу?

– Почему? – спросил Каввель.

– Это самоназвание. На древнеэльфийском трове значит темный, только и всего. Так вот, ее зовут Милена, и она их питомец.

– Как это грустно, – притворно смахнул слезу с глаз Каввель. – Что делать-то будем?

– Погоди, – шикнул на него Гарб и обратился к паучихе. – Ты все понимаешь, что я говорю?

Королева даже перестала нервно пощелкивать челюстями, когда увидела, что ее не собираются убивать и накарябала на полу символ согласия.