История одного гоблина: Символ веры

– Знакомого встретил? – осенил его знамением Михель. – Я же говорил, там опасно.

Мимика полорогого увальня сейчас вызвала бы зависть лучших актеров большого придворного театра в Серебряном чертоге. Минотавр секунд десять прял своим единственным ухом, будто отгоняя назойливую муху, а потом выдал единственное гневное слово:

– Ты! – указал он на Бурбалку.

– Я?

– Да! Ты сказал, что уничтожил эту тень!

– Ну, мало ли, что я говорил. Я уже не помню.

– Нет! Ты клялся. Эта тварь не должна мне больше угрожать! Слышишь меня? – пиратский капитан тряс топором перед носом у остолбеневшего Антонио.

Казалось, еще минута, и у прославленного капитана начнется истерика.

– Ладно, – осторожно сказал Бурбалка, пытаясь отодвинуть потемневшее лезвие с пробегающими по нему искрами подальше от своего лица. – Больше не полезем в портал без крайней нужды.

– Договорились! – рявкнул удовлетворенный ответом Каввель.

***

Гробовое молчание сопровождало друзей первый час пути. Первым не выдержал Антонио:

– Откуда мы вообще знаем, куда побежал этот прощелыга? Почему идем в этом направлении?

– Спокойно, коллега, не суетись, – ответил шаман.

– Каввель уже давно взял след, а я засек сильный магический отпечаток, оставляемый вором. У него сейчас, кажется, большие проблемы с Дэ. Так сказать, перебои с энергией.

– А если он ведет нас в ловушку?

– Я тоже об этом думал, – сказал Гарб, – но преследовать его все равно надо, если мы хотим вернуть похищенное имущество. Так что всем быть настороже.

Каввель молча взял «под козырек» и пошел дальше, опережая остальных на добрую сотню футов.

Он решил, если уж попадать в ловушку, то одному. Потрясение от столкновения с тенью выбило тауросу из колеи. Что-то до боли знакомое почудилось ему в очертаниях этого существа, и это пугало едва ли не больше, чем все остальное.

Поглощенный такими размышлениями, он не заметил, как за поворотом дороги ступил на хлипкую маскировку на широкой яме и провалился.

– Каввель, ты в порядке? – спросили сверху.

– Кажется, все кости целы, – ответил минотавр, ощупав себя.

– Хорошо хоть кольев не понатыкали.

– Ахтунг, коммунистен[1]! – раздалось где-то неподалеку.

Спутники оторвались от рукотворного провала в земле, чтобы упереться взглядом в отряд гномов, стоящих на дороге в боевом построении. Строй в блестящих сталью латах недобро ощетинился короткими копьями и не сулил чужакам ничего хорошего. Средние ряды усиливали впечатление десятком взведенных самострелов с оптическими прицелами.