История одного гоблина: Символ веры

Гарб с живейшим интересом знакомился с эльфийским бытом и приобщался к странной культуре остроухих, основанной на почитании телесных удовольствий и священных деревьев.

Гоблину никогда не доводилось общаться с лусидами, но он много слышал об их заносчивости, и кровожадности. Любопытство в конце концов пересилило осторожность, но поначалу Гарб вел себя очень скованно. Маркиз был само дружелюбие, и лед недоверия постепенно растаял. Шаман до последнего не верил, что высокомерный эльф способен на дружеские чувства, но в итоге оказался приятно удивлен.

Мелдон тоже сперва осторожничал, но после первых же бесед восторженно погрузился в знакомство с гоблином. Его совершенно очаровали острый ум, любознательность и образованность гостя. О длиннолапом народе существует масса стереотипов, и Гарб не вписывался ни в один из них. Разве такой развитый юноша может опуститься до каннибализма или других жутких пороков, приписываемых дикарям? А уж когда де Баранбас понял, что имеет дело с первоклассным магом-экспериментатором, его восторгам не было предела.

– Мелдон, а почему вы решили, что вором непременно окажется один из членов Президиума? – спросил Гарб.

– Ни у кого другого не было возможности посещать крыло гномов, чтобы тщательно изучить обстановку и выяснить, где и что они будут делать, – ответил маркиз. – К тому же этот молодчик и так был у меня на подозрении. Втайне я все же надеялся, что ошибаюсь, но факты свидетельствовали против него.

– Вы что-то знали? – удивился шаман.

– Да. После вашего рассказа меня озадачило, что гномий прибор указал на мой недавний контакт с украденной вещью. Позже я припомнил, будто встречал этого беглеца, Моротара, идущим по Академии. Я тогда поприветствовал его, а он спрятал руки за спину. У нас так не принято, но он был новичком в Академии, хотя и подающим надежды. Я сделал замечание, и он поздоровался со мной как положено за руку. Во второй он держал некий ничем не примечательный жезл, которым случайно прикоснулся ко мне.

– А как ему удавалось так долго маскироваться? Ведь лусиды выдающиеся маги и не могли не чувствовать маскировочные чары.