История одного гоблина: Символ веры

Он моментально выхватил длинный меч – по-видимому, символ лидерства.

– Хурэлэх! – отрывисто скомандовал он на орочьем, и остальные бросились окружать поляну.

Руки и лапы компаньонов сами потянулись вверх, демонстрируя безоговорочную капитуляцию. Бурбалка в мгновение ока уменьшился в размерах и шмыгнул в траву. Только Каввель решил оказать сопротивление и даже успел вскочить.

Хлесткий удар сзади по ногам сбил его с ног. Сразу же минотавру завели руки за спину, а грубые толстые веревки обхватили запястья.

– Я Аггрх, – представился на удивительно чистом всеобщем вожак орков.

Спустя полчаса марша к лагерю горного племени Михель решил пошутить.

– Слышишь, тебе сегодня сказочно повезло! – шепнул Каввелю монах.

– Чем это? – понуро спросил минотавр, безуспешно пытаясь порвать путы на руках, но только сделал себе больно.

– А ты подумай, каких-нибудь тридцать минут назад у тебя были все шансы стать похожим на рогатого ежика.

– Заткнись, человечишка! – не оценил шутку Каввель, сразу утратив подобие уважения, которое монах успел приобрести в его глазах.

– Все заткнитесь, – окрикнул их Аггрх. – Рабам положено молчать.

Тауросу остановился и топнул копытом.

– Я не раб! – с вызовом ответил минотавр.

– Вождь разберется, раб ты или на фарш пойдешь, – заявил вожак, сдвигая черные косматые брови над переносицей, хотя и посмотрел на пленника с долей уважения.

Потом перевел на орочий, и все конвоиры весело заржали, выражая согласие со сказанным.

– Подавитесь, – буркнул раздосадованный минотавр.

– Жить хочешь? – ласково поинтересовался орочий командир, буравя Каввеля колючим взглядом глубоко посаженных карих глаз. – Я о таких, как ты, много читал, но вживую никогда не видел. Любопытно, правду ли сказывают в книгах, что лучше вас нет на свете воинов и особенно кулачных бойцов.

Крепкая зеленая ладонь неуловимым движением рванулась к торчащей из ножен рукояти. Ш-ш-ш – раздался короткий и тихий звук, а в следующий момент меч замер у горла минотавра.

– Хочу, – сглотнул тот, подивившись такой молниеносности.

Каввель подумал, что копыта и рога все еще при нем. Только убегать и бросать боевых товарищей недостойно воина, а без оружия и в связанном виде противопоставить такой ораве орков нечего. Это не люди, которых тауросу бы легко раскидал.

– Тогда иди, – сказал зеленокожий, с кривой усмешкой пряча клинок обратно и погладил толстую мускулистую шею пальцем. – Познакомлю тебя с Костоломом.