Тайны Кипеллена. Дело о запертых кошмарах

Он обретается совсем недалеко, а опыт подсказывает, что лучшие друзья получаются из бывших врагов. Я усмехнулся. Пойду проведаю, как его, Румпеля. Самая безумная и дикая идея, приходившая ко мне за последнее время. Я стоял в нерешительности, но чашу весов перевесила мысль, что он может что-нибудь знать о Брилове. Махнув рукой на предрассудки и прочие глупости, я двинулся к набережной. Еще одного вечера в одиночестве, я просто не выдержу.

Пока дошёл до моста успел еще раз перебрать в голове всех подозреваемых и, кисло усмехнувшись, повернул к таверне.

Я толкнул дверь и втянул кислый запах питейного заведения. Вид у него был пошарпанный: кирпичные стены, на них старые тележные колеса, ржавые якоря и пучки вонючих трав под потолком. У стойки притулилось чучело, нет не хозяин заведения, а пожранный молью морской саблезуб с обломанными клыками. В одном углу копошились вездесущие студенты, в другом отпуская скабрезные шуточки, отмечала конец рабочего дня компания цеховиков.

Тролль обернулся в зал и удивленно уставился на меня. Его глаза опасно сузились, а губы скривились.

— Чего надо? — недружелюбно поинтересовался он, нависая надо мной угрюмой скалой.

— Пришёл вызвать тебя на дуэль и сжечь до тла эту таверну, — устало произнес я. — Ты оскорбил меня в присутствии дамы, и я требую сатисфакции.

— Вали ты подобру-поздорову! — рыкнул тролль.

— Это была шутка, — вздохнул я.

— И её с собой прихвати.

Я и не ожидал, что меня встретят с распростёртыми объятиями.

Румпель застыл, уперев огромные лапы в бока.

— Девчонку в свои разборки не впутывай, — хмуро прорычал он. — Покалечишь или ещё чего, я не посмотрю, что легавый, пущу под пирс и вся недолга.

Я собирался спросить про капитана Эдрика Брилова, но вместо этого выдавил:

— Она мне тоже дорога.

— Что? — опешил тролль.

— Ты зря беспокоился, я бы никогда не причинил ей вреда.

— Было заметно. Особенно на балу!

Теперь Румпель сплёл ручищи на груди и поглядывал на меня с плохо скрываемым раздражением. Было слышно, как хвост сердито шоркается о грубую ткань штанов.

— Терпеть не могу оправдываться, — вздохнул я. — У Мнишеков я разыскивал тварь, которая прикидывается девицей и уже прикончила полдюжины людей, слыхал, наверное.

Тролль только хмыкнул.