Тайны Кипеллена. Дело о запертых кошмарах

— Не стоит, — долетело из-за спины. — Настои применили на месте преступления. Скорее всего в лавке Врочека, он же там и жил?

Я не ответил, уже начав спускаться по лестнице. Как можно быть таким бессердечным? Иногда начинает казаться, что даже моя смерть не произведёт на него впечатления. Что, узнав о ней, он пожмёт плечами и невозмутимо продолжит чистить зубы. Габ живёт по каким-то собственным законам морали и принципам, да так, будто бы все остальные неправы, а он один знает истину. Может быть, его слова и ложь, но все ниточки снова ведут к Пшкевичу.

Из рассказа Аланы де Керси,

младшего книгопродавца книжной лавки «У моста»

Завершив возню с лестницей, я рухнула на кровать, не раздеваясь, и мгновенно уснула. Пробрался в мои сны кошмар или нет, я так и не поняла. Проснулась от того, что хозяйка настойчиво трясла меня за плечо.

— А? Что? — я с трудом разлепила глаза, пытаясь понять на каком я свете, и не чудище ли из сна ухватило меня за руку.

Пани Флося отступать не собиралась, твердо вознамерившись выдернуть вашу покорную слугу из мира грез.

— Алана, к тебе из Ночной стражи пришли, за пана Врочека спрашивают.

— А… — я с трудом села. — да-а, сейчас спущусь… — я с силой помассировала затекшее лицо, чтобы растормошить не желавший просыпаться организм.

Немного приведя себя в порядок, спустилась вниз, застав в кухне двоих стражников, в одном из которых опознала того, что мы видели у лавки.

— День добрый панна, сержант Бырь, — кивнул он. — Панна следовательница побеседовать с вами хочет, вот просила в участок доставить.

Я наградила Быря хмурым взглядом, сдержав при себе то, что панна следовательница и сама могла бы зайти, а не отправлять ко мне домой пару конвоиров. Уж больно это смахивало на арест.

— Панна следовательница срочно желает меня видеть? — мрачно поинтересовалась я, больше всего мечтая забраться в горячую ванну и вернуться обратно в постель. — Ночка у меня выдалась та ещё, ни сна, ни отдыха…

— Да уж, — неприятно хохотнул второй стражник, помоложе, — с паном магистром поди не поспишь.

Пани Флося ахнула, а я задохнулась от негодования, да как он вообще смеет?!

Бырь отвесил ему увесистый подзатыльник.

— Ты это, паря, думай, чего говоришь и про кого! — рыкнул он на напарника. — Простите, панна, молодое, дурное, а все туда же… А панна Бряк срочно просила явиться. Уж почему, тут мне сказать не изволили.