Тайны Кипеллена. Дело о запертых кошмарах

Того и гляди меня в эту кутерьму втянут. А я, как ты знаешь, далёк от всей этой суеты.

Я пристроился к его шагу, размышляя с чего начать, но хитрый алхимик слишком хорошо меня знал, чтобы недоумевать о причине столь раннего визита.

— Нужен совет?

— С чего ты взял?

Декан остановился и повернулся ко мне:

— За дистиллятом или колбами твой Пронька отправил бы посыльного к моему брату. Да, помнится, Гжесь обмолвился, что ты уже заходил давеча. Если бы просто соскучился по общению, заехал после работы, чтобы посидеть в «Старом пирате» или какой-нибудь другой таверне.

Его лицо озарила ехидная улыбка. Он чем-то напоминал брата, такое же вытянутое лицо, но более выразительное с живыми чертами. Особенно привлекали глубоко посаженные черные, как алхимический уголь, глаза. Они затягивали в потаённые омуты, а взлетевшие в разные стороны густые, пожелтевшие от жара тиглей и ядовитых растворов, брови добавляли еще большей таинственности.

— И кто после этого должен служить в Ночной страже? — не сдержавшись, проворчал я.

— Тот, кто всю свою жизнь защищал слабых, — отмахнулся Габриэль.

— Иногда мне кажется, что ты знаешь какую-то страшную тайну, — вздохнул я.

— Поживи с моё, узнаешь столько, что не сможешь решить, что с этим делать, — он шутливо стукнул тростью по брусчатке, и глухой звук ударился в ноги.

Я вздрогнул, бросив на него укоризненный взгляд.

— Ты всего на год старше меня.

— Суть не в том, кто когда родился, а в том — кто сколько перенес!

— Ты из Кипеллена ни разу не выбирался…

— Повторить еще раз? — удивился он.

— Нет! — я даже ускорил шаг, преградив ему путь. — Перейду к делу, иначе весь день буду слушать твои великие мудрости. У меня проблема с одной… э-э… панной…

— Этого стоило ожидать, — нахохлился Габриэль. — Ты всегда уделял им слишком мало внимания. Слышал, могут помочь в храме Четырех Пресветлых у Околицы, фреска в дальнем нефе возвращает мужскую силу…

Я только рукой махнул и закатил глаза, простонав:

— Не такие проблемы.

— А! — алхимик подцепил меня под руку и повёл дальше. — С этим справиться намного легче, — он подтянулся и заговорщицки прошептал. — Давай её отравим. Знаю бесподобный яд: ни вкуса, ни цвета, ни запаха. И никаких следов не оставляет. Пойдёт?

— На что? — переспросил я, споткнувшись о мостовую.