Я попал в чистилище

— А что, если я скажу тебе, что здесь, в чистилище, я могу устроить тебе незабываемые мучения? — произнес демон, подобравшись ближе, его голос был как сладкий яд, а с его губ не сходила ехидная ухмылка, он словно знал ее тайны. — Ты знаешь, что я делаю с теми, у кого нет ни капли раскаянья?

Она вскрикнула, бросившись в бегство, но его шаги звучали за ней.

— Ты можешь бежать, но от этого не станет легче, — продолжал он, его голос все еще звучал игриво.

Она оглянулась, в глазах её сверкнула ярость, смешанная с отчаянием.

— Отстань от меня, псих!

— Убегай, моя дорогая, убегай! В конце концов, ты не убежишь от своих грехов. Никогда.

Её ноги были уже уставшими, но она продолжала бежать, надеясь, избавиться от этого преследования.

Вдруг, ни с того ни с сего, жесткий удар пришелся в висок.

Послышался глухой звук, словно по скорлупе, как будто в ее черепе совсем не было мозгов.

Она упала, как мешок с мукой, не в силах подняться, её взгляд расплылся, и перед ней появился он — Энрики.

— Ха, вот ты и не смогла убежать, — ухмыльнулся он, опустившись на корточки, держа на плече бейсбольную биту.

— Почему… — еле шевеля губами, пробормотала она, — почему ты это делаешь?

Прежде чем темнота окутала её, она услышала его ехидный голос:

— Ничего личного, сестренка, — произнес он, наклоняясь ближе.

Меркантильная сука оказалась запертой в клетке с другими грешниками.

— Где я? — всхлипывала она.

— В чистилище, глупая! — хихикал один из грешников, его голос был полон ядовитого веселья. — Здесь никто не спасет тебя!

— Ты попала в игру смертей! — подхватил другой, смеясь. — Будь готова драться!

Внезапно дверь клетки скрипнула, и в камере появился высокий амбал с головой бульдога.

— Ты, — он ткнул пальцем в её сторону, затем вытащил за волосы на арену.

К ее ногам упал меч, блестящий и тяжёлый. На противоположной стороне ринга стояла рыжеволосая бестия в доспехах, ее меч уже готов был к бою.

— Подними это и сразись, если хочешь жить!» — закричала она, её голос был полон жестокости.

Слёзы катились по щекам суки, её сердце колотилось в унисон со страхом.