Ведьмины байки

Потом на улице окончательно  стемнело, и я, поравнявшись с калиткой, распрощалась со словоохотливым  мужиком.

– Да, у нас тут… того… тать  завелся, – напоследок предупредил Олуп, – третий день шкодит, стервец,  тащит, что под руку подвернется. Гостей‑то много посъезжалось, поди  угадай, который по дегтю с перьями истосковался. Так что вы кошель  потуже затягивайте да покрепче к поясу привязывайте… не ровен час…

Я кивнула скорее из вежливости. Татя, покусившегося на мой тощий кошель, мне было искренне жаль.

* * *

С  утра пораньше я уже стояла у разделявшего избы забора, опершись на него  локтями. Как Олуп и предсказывал, на свадьбу явились не только все  приглашенные гости, но и их родственники, а также родственники  родственников с друзьями. Нанятые музыканты вовсю наяривали на трех  дудках, двух бубнах, расстроенных гуслях и гнусавой волынке. Выходило  нечто равно схожее с плясовой, застольной и поминальной.

Выкуп,  как и положено, прошел весело и шумно, мать молодой радостно  всплакнула, Олуп одобрительно подкрутил усы. Парочка подобралась  живописная. И без того излишне упитанная, в пышном свадебном платье  невеста напоминала подушку с накрахмаленными оборками, из‑за которых  робко выглядывал щупленький кучерявый женишок. Впрочем, друг на друга  они смотрели с одинаковым восторженным умилением, а это главное.

Своего  храма в Медовках не было, народ старательно верил по домам, отвешивая  поклоны засиженным мухами иконам, но ради свадьбы родители молодых  пригласили священника из дальнего села, дайна Дуппа –немолодого, бойкого  толстячка с залысинами.

С венчанием дайн не затянул, без сучка и задоринки окрутив молодых под ближайшим дубом.

Гости  радостно кинулись занимать места на длинных лавках. Хватило всем –  накрытые столы выставили во двор, благо денек не уступал вчерашнему. Я  окинула гостей наметанным взглядом. Упырей нет, лихомов, глызней,  оборотней – тоже.