Псих поневоле

— Ты обязан на ней жениться!

Фикусу стало стыдно, но Грызля махнула лапкой и начала приводить себя в порядок, а я вдруг задумался: «А какого, кстати, пола мышь?». Если это самец, то получилось неловко.

— Грызля, а ты мальчик или девочка? — испытывая небольшую неловкость, запозлало спросил я.

Она перестала прихорашиваться и, глядя в мои глаза, тяжело вздохнула, повернулась и задрала хвост.

Такого стыда я не испытывал с младших классов школы и поспешно отвёл взгляд. Если бы она до этого вела себя как обычная мышь, то я бы не чувствовал себя извращенцем.

— Самка, господин, — резюмировали трусы главы научного отдела.

«Сама ты самка! Я девочка!» — разразилась нецензурными жестами мышка, глядя в глаза Вики.

«Так, это уже страшно! Если до этого я не понимал — откуда говорили первые трусы, то теперь легко определяю где у Вики глаза и вижу кривые усмешки фикуса. — подумал я, с тоской глядя в ночное, снежное небо. — Похоже дар развивается, вот только радости это не приносит... Ну, по крайней мере у меня появился почти каноничный гарем!»

— Повелитель, можно мне ещё?! — не выдержал бездействия трясущийся, словно наркоман в ломке, фикус.

— Грызлю? — опешил я, а мышь вздрогнула.

— Нет, повелитель, ещё масла! — Борис заламывал листочки, скручивал тентакли и пританцовывал корнями.

— Хер его знает... — задумчиво ответил я, глядя на гиперактивный фикус и обратился к умным стрингам: — Вики, это не опасно для него?

— Не знаю, господин, но эксперимент может получиться интересный!

Я вздохнул.

— Боря, я тебя очень прошу — сделай всё быстро и незаметно! — напуствовал я на спецоперацию своего единственного, оставшегося в строю бойца, который был мне не выше колена. — Мутируй на максимальную прочность, чтобы расковырять стену. Кстати, Вики, а там внутри нет «глаза»?

— Конечно есть, господин, но сегодня днём он не работал — мыши провод перегрызли, а потом началась беготня за вами, — с нотками сомнения в голосе ответила Вики, но тут же добавила: — Не думаю, что успели починить — иначе бы закопали яму.

Она указала ниточкой в снежную темноту, но я ничего не увидел.

— Что-то в наших планах слишком много переменных... — вздохнул я и посмотрел на спящую Оляну, которая как раз коротко хрезнула во сне — согреваясь. — Иди, Борис, аккуратно, под снегом.

— Слушаюсь, повелитель, — нетерпеливо и радостно ответил фикус, стряхнул с себя красные стринги и нырнул в снег.