Битва с рептилоидами

Двое ученых скрылись за дверью, закрывавшей вход в какое-то подсобное помещение, и почти сразу вернулись, поддерживая под руки какое-то непонятное существо – помесь человека и рептилоида. Кожа зеленоватого цвета, кое-где она уже превратилась в чешуйки. Волосы на голове исчезли, лицо вытянулось вперед, исказилось, но его еще можно узнать... Мишка!

Да, тот самый Мишка, адъютант князя. Почти стал рептилоидом. Как он здесь оказался? Он предатель или его поймали, как и меня?

– Видишь, – торжествующе произнес Асмодей, – он уже практически такой, как мы.

– Мишка... – я шагнул к нему, – что они с тобой сделали...

– А что они со мной сделали, – ответил Мишка, – чего я попросил, то и сделали. А я сделал то, чего просили они – сейсмограф отключил и отравы сонной тебе подсыпал. Все, как договаривались!

– Вот оно что, – сказал я, чувствуя, как у меня сжимаются кулаки, – кто бы мог подумать...

-То-то и оно, – произнес Мишка-рептилоид, – никто не мог на меня думать. Привыкли: Мишка пойди туда, Мишка пойди сюда, сделай то, сделай сё.

– Неужели теперь будешь командовать? – поинтересовался я.

– Будет, – успокоил меня Асмодей, – каким-нибудь маленьким начальничком мы его сделаем. У маленьких начальничков обычно душа и так рептилья, так что справится. Эта работа для него.

– Ублюдок, – сказал я Мишке, – объяснил бы князю, что не хочешь быть адъютантом, и он бы тебе нашел другую работу или вовсе отпустил тебя на все четыре стороны.

– Князь – он тупой, – осклабился Мишка, – у него власти вон сколько, а он от нее удовольствия никакого не получает. Живет без роскоши, почти как простолюдин, золота не любит! Доводилось мне бывать у некоторых бояр, так там все убранство золотое, стоишь в комнате и глаза прикрываешь, смотреть невозможно, одно вокруг золото, отблески слепят. А где это у князя? Правильно, нигде! Шатер золотом не обшит, посуда не золотая… даже унитаз, стыдно сказать, не золотой! Жуть! И к людям хорошо относится, хоть и строг бывает! Но спроси, много ль народу в Сибирь незаслуженно отправил? Да никого! И не казнил никого, кроме душегубов-разбойников! А хороший начальник в плохом настроении должен лютовать! Но этот… стыдно подчиняться ему! Где у него начальственная гордость? Разве его взгляд говорит – "я тут главный, а вы – никто"?

– Все, хватит, поговорили достаточно, – проворчал Асмодей, – уведите.