Красный лист

– Мы скоро будем вместе, – шепчет она мне на ухо, а её рука исчезает, как исчезает свет.

Она прожила эти пару лет со мной вместе, я прожил их вместе с ней. Но вот мы снова в этом свете... ярком свете.

– Подсудимый! Вы признаётесь виновным в сокрытии правды и в шпионаже в пользу империи некромантов.

Я сижу на полу у стены, а напротив, за столом сидят трое и рассказывают мне про меня. Что казнён буду через жертвоприношение, что неделю меня будут кормить и поить, чтобы привести в нормальное состояние, чтобы я самостоятельно дошёл до пирса и если я согласен, то нужно сказать: «Да».

А если нет, то отправят в гнездо... туда, где я сидел, на подумать и согласиться.

– Вы... слышали всё, что я говорил. Было ли там то, что я шпион Зелёного листа?

– Мы слышали только то, что вы хотели рассказать, и этого более чем достаточно для приговора.

И у меня... А я – а, нах... кончайте так. А они – хорошо, если ответишь на вопрос. А я типа – давай. Но в голове только Настя. Настя это была или иллюзия, организованная шаманами.

.. я даже благодарен, настолько мне стало легче после общения с Настей, и всё... всё, что я делал это время, уже не выглядело откровенным фарсом или пафосом. А… ну такая жизнь. Странная только от того, что это я её так воспринимаю... Моя жизнь.

– Как ты попал сюда?

– Красным порталом.

– Координаты точки входа?

– Не знаю.

– Кто открыл портал?

– Не я.

– Кто?

– Не знаю. Серый.

– Твоё задание?

– Вернуться назад.

– Нас не устраивают твои ответы.

– Других нет.

– Будешь думать в гнезде.

– Да и хрен с вами, восстанавливайте здоровье.

Я сидел в камере, нас тут пять мужчин и пять женщин. В чистом – чистые серые шаровары, чистая серая жилетка. Мои сокамерники все в укусах и отметинах – вожди... или шаманы. Я один тут с пятью укусами и одним браслетом. Клык со мной, нож со мной, что это за тюряга такая?

Кормят хорошо, лечат... хорошо. В жертву принесут – плохо.

На третий день... тело...

– Э... алло… – шибануло сознание. Сознание очнулось и такое: – Э, алло.

..

Прости, Настя, но нужно попытаться, а что попытаться, сознание не сказало.

Мои сокамерники изначально не были столь... сильно повреждены телесно. Но, видимо, приносить нас в жертву будут одновременно. Да и у некоторых в глазах есть несогласие.

– Ну... чего? Бежать будем? – пробуя замок на железной решётке, говорю я скорее себе.

– Решётку выбьешь – я здесь путь наверх знаю. И ещё одну решётку... две решётки – и мы на улице. Там всего-то...