Попаданка Клара и эльф Геннадиэль

Ее товарки, действуя слажено, словно военный отряд, моментально повскакивали с чужих колен и заняли позиции по сторонам от предводительницы. Весь «профсоюз», выстроился «клином» воинственно нацеленным на Клару милфой-острием.

Будто громом пораженная, Клара взирала на них в полной растерянности, не в силах вымолвить ни слова. Обиде ее не было предела. Она жгла девушку изнутри неугасимым беспощадным огнем.

Клара уже набирала воздуха в грудь, чтобы обругать этих невежественных патриархальных дурех, даже не понимающих всей возмутительности своего угнетенного положения.

Одновременно она готовила пламенную речь, способную вот прямо сейчас привнести в их темные головы немеркнущий свет идей радикального феминизма... Как вдруг, неожиданно для самой себя передумала.

Попаданка рассудила, что, пожалуй, не следует враждовать с этой сплоченной организацией боевитых женщин, готовых столь бескомпромиссно отстаивать свои права, пусть даже это права на платежеспособных эксплуататоров. Ведь в конечном итоге именно из таких женщин и появляются феминистки.

Пока же в противостоянии с патриархатом силы были явно не равны, и потому Клара почла за лучшее, под враждебные взгляды несознательных эскортниц покинуть поле брани.

В подавленном настроении она уселась за пустовавший стол и принялась обдумывать свои дальнейшие действия. Что-то в сюжете явно не ладилось. Возможно, она делала что-то не так? Она в чем-то ошибалась. Но в чем? Клара опустила взгляд.

«Может все дело в кольчуге?» — размышляла она, — «Сплющила грудь, так будто ее и нет вовсе.

А отсутствие бюста наверняка мешает членомразям утерять контроль над своими низменными животными инстинктами и проявить себя во всей красе! Может ее снять? Но как тогда сражаться? Я же останусь беззащитной».

Пораскинув мозгами, Клара заключила, что не только грудь способна заставить озабоченных спермобаков показать свою истинную похотливую суть. И тогда у нее возник план. Надежный как швейцарские часы.

А для его реализации она присмотрела четверку богато одетых пузатых мужиков в возрасте слегка за пятьдесят, которые более всего походили на зажиточных торговцев.

В своих прикидках Клара исходила из того, что толстосумы всегда и везде одинаковы: избалованы и убеждены, что деньги гарантируют им полную безнаказанность. А значит, едва ли они способны противостоять соблазнам. И нужно было добавить лишь самую капельку провокации, чтобы добиться желаемого.

Клара наклонилась и расстегнула несколько пряжек на сапоге.