Уборщик чародея

Я пойду. Но с одним условием, — сказал, наконец, он.

— С каким условием? — нахмурилась Лин.

— Вы возьмёте меня в ученики, дядя!

— Йа! Но это невозможно! — чуть не подпрыгнул осёл.

— Ну да. Пока вы осёл. Но потом-то — возможно. Вы же собираетесь вернуть себе нормальный вид? — не сдавался Ивон.

— Потом… потом, пожалуй… Хорошо.

— Так и скажите. Клянусь магией, что сделаю тебя, дорогой племянник Ивон, учеником, когда верну себе человеческий облик.

— Это вовсе не обязательно, — мотнул головой Колючка.

— Обязательно.

— Клянусь магией, что сделаю тебя, дорогой племянник Ивон, учеником, когда верну себе человеческий облик.

Ивон победно оглядел спутников:

— Ну так куда идём?

— В Аст, — ответил чародей.

Тем временем в Выси, дальнюю от башни Риберина деревню, где Ивон ещё не так давно собирался прикупить перепелиных яиц, въехал на лошади человек. Ещё одна лошадь была привязана к седлу.

На пришельце был дорожный плащ, не из дешёвых, из-под которого выглядывала белоснежная мантия.

— Дядя, дай монетку! — заорала деревенская ребятня, игравшая у одного из дворов.

Но когда малыши подбежали ближе и увидели лицо, с криками разбежались.

Нет, человек не был ужасен. Он был, пожалуй, даже красив. Он мог похвастаться благородными, разве что чуть слащавыми, чертами лица и ровными зубами, не уступавшими белизной его мании. Однако набухшая кровью повязка, скрывавшая левый глаз, создавала жутковатое впечатление.

Дети ещё долго потом сочиняли байки про «одноглазого душегуба».

Человек подъехал к первому встреченному крестьянину, патлатому коротконогому мужичку, что-то произнёс и, свесившись с седла, ссыпал в протянутую ладонь горсть медных монет. Махнул в сторону пруда на краю деревни. Крестьянин закивал и убежал, проявив неожиданную для его сложения прыть.

Виктор подъехал к озерцу, спешился (впрочем, вышло у него это не так изящно, как он бы того хотел), снял перекинутое через круп лошади одеяло и раскатал его на земле.

Набрал в неё воды, тщательно отмерив, высыпал туда же чёрного порошка из каменного флакона. Помешал пальцем. Прошла минута, вода засветилась и приняла форму лица с неясными очертаниями – словно эта была маска, в каких выступают в некоторых театрах.

— Ты достал кровь? — требовательно спросила маска.