Отброс аристократического общества 5

Мимика сотрясла предсмертная конвульсия, тельце выгнулось, лопнуло, и к ногам Иосифа выкатилась жемчужина грязно-зелёного цвета. Потрясённый дракон подобрал диковину, пнул сначала моллюска, затем крысиное умертвие, и с удивлением посмотрел на Гоба.

- Так это что, - Иосиф швырнул в сторону почти развалившуюся дубинку, - я победил, что ли?

- Технически – да, - задумчиво согласился Гоб. – Но на практике – не совсем.

- Ничего не понимаю, - потряс головой дракон. – Что-то после битвы башка совсем не варит.

- Бывает, - сжалился над Героем Мудрый Наставник.

– Похоже, этот жезл и был филактерией лича. Когда мимик его сожрал, лич откинул копыта. Правда, моллюску тоже поплохело, ещё бы, съесть столько некротической энергии! А что делает моллюск, когда в него попадает инородный объект, причём, несъедобный?

- Он делает из него жемчужину! – догадался Иосиф.

- Молодец, подопечный, - похвалил Наставник. – Таким образом, лича победил мимик, а в этой жемчужине содержатся остатки его грязной душонки. Но так как после битвы все лежат, кроме тебя, победа твоя.

- Хм, - Иосиф вертел в руках странную драгоценность. – Это что выходит, придурок стрелял в меня своей собственной жизненной энергией?

- Выходит, что так, - пожал плечами старик. – Да, глупо, согласен. Но что ты хотел от крысы?

- Действительно, - согласился дракон. – Что ж, задание выполнено. Томик, к ноге!

Демонический том подбежал к хозяину и завилял закладкой.

- Так, - распорядился дракон. – Подбирай трофей и тащи на поверхность. Идём сдавать задание.

Фолиант раскрылся посередине, подхватил дохлого монстра, и шустро поскакал к выходу. Герои отправились за ним.

Постояв немного под дневным солнцем, перемазанный в грязи Иосиф, волшебная книга и невозмутимый Гоб, гордо прошествовали через деревню. Местные, бросая дела, уставились на странную троицу. Дракон, отобрал труп лича у Томика, прицепил на палку, и теперь нёс как знамя, к полнейшему ужасу аборигенов. Те, кто понабожней, чертили на груди знак солнца, но дракон не обращал на них никакого внимания.

Сейчас он, как и полагается, внушал пейзанам благоговейный трепет. Именно так и должно было быть. Потом, может быть, он одарит их милостивым наклонением главы, если его фанаты будут вести себя хорошо.

Подойдя к трактиру, Герой снял труп с палки, перехватил поудобнее, и восшествовал внутрь таверны.

Все разговоры тут же смолкли. В полнейшей тишине, чеканя шаг, Иосиф подошёл к стойке и сунул спавшему с лица трактирщику под нос свой дохлый трофей.