Самый Сильный демон

— Да, — негромко сказала она, не отводя взгляда. — Я…

— Это невозможно! — воскликнул Аарон, открывшееся не укладывалось у него в голове. — Брендар сказал, что Слезу украл Четырехлистник! Я не верил, что он вообще существует, но раз Брендар сказал…

— Аарон, успокойся, — рявкнула Саямиру.

Невероятным усилием воли Аарон заставил себя сесть рядом с мечницей и уставился на Милену. Ее лицо, обрамленное черными волосами казалось белее мела, но в огромных зеленых глазах читалась уверенность.

— Я и есть Четырехлистник, — спокойной произнесла она.

Эти слова, прозвучавшие в тишине, перевернули мир с ног на голову. Все вокруг казалось зыбким, словно во сне, и только открывшаяся истина была пугающе реальной. Милена вдохнула, намереваясь сказать, что-то еще, но Аарон не мог этого слушать. В его душе поднимался гнев. Он вскочил и, прежде, чем его успели остановить, выскочил из комнаты, словно надеясь, что за пределами этой комнаты Милена перестанет быть Четырехлистником, похитителем Сумеречной слезы.

Они сидели молча, Милена опустила голову так, что Сая не видела ее глаз за густой челкой.

— Я начну с самого начала, — наконец тихо произнесла Милена.

— Валяй, я не тороплюсь, — беззаботно ответила Саямиру. В отличие от Аарона, она полностью сохранила самообладание. По правде, то, что Милена оказалась легендарной воровкой, впечатлило мечницу ничуть не больше, чем то, что Аарон Дэр на самом деле наследник графа. И уж точно нисколько не смутило. Не злая ли ирония, что так столкнулся сын дома Д’Эрдэ, и та, что украла реликвию этого дома? По достоинству оценить эту шутку судьбы Сае мешали лишь переживания за друзей.

Ее саму поражало, насколько она привязалась к спутникам за неполный месяц путешествия. «Сильнее, чем к большинству тех, с кем я провела стократно больший срок», — подумала мечница, глядя на Милену. Что-то в ней переменилось. Она выглядела подавленной, но в то же время в ней теперь ощущались сила и стойкость, которые раньше лишь мимолетом проскальзывали в глубине зеленых глаз. Голос зазвучал гулко и сначала как-то неуверенно, словно пламя свечи в темном коридоре, но постепенно креп и становился громче.

— Мое настоящее имя — Милена Роад. Мои родители поженились по расчету: мать была из небогатых купцов, а у отца водились деньги, но в купеческую гильдию крестьянин попасть не мог. Оба сочли эту партию весьма выгодной. И все же мечтали они о большем. На меня, моих брата и сестру возлагались большие надежды.