Принцесса самозванец и целебная маска

В одной руке он держал старинную ритуальную маску, а другой вел Хайди. Джомни хотелось закричать и прогнать всех из своего дома, но это был не его дом. Это был дом его отца, а не подчинение отцу в присутствие представителя другого племени было серьезным преступлением, и оскорблением для обоих племён. А тут было как минимум четыре. Шаман ускорил шаг и подоспел первым. Он вручил старинную реликвию Хайди, и наивная девушка, сама того не понимая навсегда изменила его жизнь.

— Джомни Абэба. Я дарю тебе эту старинную маску, в знак своей симпатии, и серьёзных намерений. Я дарю её именно тебе, я больше никому не смогу подарить ничего, и не хочу. Возьми меня в жены. — сказала она дрожащим от волнения голосом.

— Хайди, я. Я не могу. — сказал Джомни опустил голову и обречённо развел руками. — Прости Хайди.

— Джомни Абэба. Я дарю тебе эту старинную маску, в знак своей симпатии, и серьёз….

Но Джомни молчал. Хайди была его единственной симпатией, лишь она одна умела говорить о чём-то выходящем за пределы родного городка, лишь она из многих и многих девушек была способна понять о чём именно говорит Джомни. Он ждал этой минуты всю сознательную жизнь, но не мог позволить своей любви выйти замуж за слабого, не способного ее защитить мужчину.

— Джомни Абэба. Я … — плачущим голосом проговорила она, но не смогла закончить.

Хайди швырнула маску на расписной пол, и в слезах побежала прочь. Мужчина из племени Мубе был очень оскорблен. Он дерзко подошел к Джомни, и уже собирался его ударить, но подоспел отец Джомни, а бить сына в присутствии вождя, было гарантированной войной. Холоднокровный боец отступил выражая ненависть, презрение и разочарование.

— Что это за выходки, Камэ? — строго сказал отец — Зачем ты это сделал?

— Твой сын отверг подарок. Это кровное оскорбление нашему племени. Ты знаешь что за этим последует.

— Так может ты на это и рассчитывал? Давно пальцы не терял? Давно ваше племя не вырезали под корень? Зачем ты это сделал, говори! — строго сказал отец.