Герой по найму

– Отец тебя нанял, вот только не знаю, зачем. Я и сам прекрасно со всем управлюсь! Но, так и быть, можешь мне помочь, чем сумеешь, вот только учти, командую тут я! Это понятно?

Игги смерил его долгим взглядом, но решил, что сейчас не время выяснять отношения, и промолчал, лишь в очередной раз тяжело вздохнув. Кудр принял это за свою победу.

- Хорошо, что мы легко поняли друг друга, Жаба. Время близится к полудню. Сейчас начнут прибывать женишки. Жалкие личности, хочу тебе сказать. Ни одного толкового человечка.

Игги еще раз вздохнул и подумал, не слишком ли он поторопился, согласившись на сделку с Кривом? Теперь ему казалось, что двадцать сотен золотых монет – не такая уж и большая плата за то, чтобы этот болван, боярский сын, оказался победителем. Кажется, хитровывернутый старик Крив надул его, но ведь торговли без обмана не бывает, и кому, как не самому Джубе это знать.

Где-то неподалеку бодро заиграл охотничий рожок, народ шустро расступился в стороны, и на площадь, одна за другой, выехали три богато украшенные кареты, сопровождаемые несколькими группами всадников.

- А вот и первые кандидаты пожаловали, - скривился Кудр. – Заморские принцы, подлецы и мерзавцы, будь они неладны!

Глава четвертая. ПРЕТЕНДЕНТЫ И ЦАРЕВА ВОЛЯ

Разглядеть принцев Джуба не успел. В этот самый момент заиграл городской оркестр, до того скромно сидевший на подиуме в сторонке, и тут же на центральный помост вылез глашатай в нарядных одеждах, а народ живо потянулся к сцене, ожидая начало представления.

Глашатай вышел вперед, слегка откашлялся и заорал, да так, что городские голуби, не боявшиеся ничего в этой жизни, всей стаей взлетели с крыши и унеслись в сторону далеких гор, решив поселиться там навсегда.

- Великий го-о-осударь, царь и князь Тридевятоземелья Гро-о-омо-о-осла-а-ав! А так же прекрасная и обворожительная царевна Ве-е-е-селина!

На балкончике второго этажа царского терема, выходившего как раз на сторону площади, появились царь и царевна.

Горожане встретили их появление троекратным могучим «ура». Шапки полетели в воздух, народ ликовал. Царя, надо признать, любили и ценили за его главные качества: он не повышал налоги, время от времени устраивал народные гуляния с дармовой едой и выпивкой и иногда прилюдно вешал на городской площади татей и душегубов*.