Благие знамения: после Армагеддона

Азирафаэль невольно раскрыла рот. Всевышний? Вспомнил о ней? Вступился за неё? И всё её существо начала заполнять эйфория. Сходная с той, во время Сотворения.

— Но, Азирафаэль…

Эйфория слегка притупилась.

— Вы примете меня обратно при условии, что я…

— Ну конечно! — воскликнул Гавриил. Да так воскликнул, что многострадальные книжные стопки снова рухнули на пол. — Где это видано, чтобы ангел опускался до подобных… подобного панибратства? Это же противоестественно! Это…

— Мне очень жаль, — голос Азирафаэль существенно не изменился, но и Гавриил, и Кроули совершенно точно услышали, как в нём звякнуло что-то металлическое (впрочем, то металлическое напоминало не лязг ножей, а скорее дребезжание туго натянутой струны), — но тебе придётся огорчить Канцелярию.

Кроули снова осклабился в адрес Гавриила, но уже с иным подтекстом. У него не было сомнений, что сей подтекст весьма прозрачен.

(Для тех же кто недопонял, он дословно означал: «Выкусил? Теперь чеши отсюда»).

— Азирафаэль, — тон Гавриила стал увещевательным, — если ты пойдёшь против воли Всевышнего — снова… ты прекрасно знаешь, что как Господь поступает с мятежными ангелами…

— О-о-о-очень жаль тебя разочаровывать, Гавриил, — неожиданно встрял Кроули, выдвигаясь вперёд, — просто хочу сразу предупредить — за прикрытие Её именем она карает не менее жестоко…

— Мерзкая падаль, ты смеешь обвинять меня?! — взревел Гавриил и двинулся на Кроули.

— Не во лжи, а в прикрытии именем Всевышнего, ты что, вообще не слушаешь?

— Дай мне время!

Гавриил и Кроули обернулись к Азирафаэль.

— Дай мне время. Мне нужно подумать.

Гавриил на мгновение скривился, явно выражая неудовольствие, но тут же гримаса сменилась мягкой улыбкой.

— Я бесконечно рад, Азирафаэль. По всей видимости, любовь к Всевышнему в тебе ещё не совсем притупилась.

Азирафаэль улыбнулась ему в ответ и улыбалась всё время, пока Гавриил не исчез в голубом свечении. Посетители ожили и как ни в чём не бывало продолжили лавировать между книжными шкафами.

— Как насчёт закрыть магазин пораньше и пойти подышать? — сочувственно предложил он.

— Одним «подышать» не обойдётся… — пролепетала Азирафаэль, рассеянно кивая покидавшим магазин посетителям. У Кроули мелькнула мысль, что если бы один из них стащил какую-нибудь книгу, в таком состоянии она бы этого даже не заметила. И эта мысль его слегка напугала.