Прыжок

Над головами послышался гул, и особенно крупный гладкий камень, выпав из арки над колдуном, с хрустящим звуком пробил надгробную плиту, пролетев в дюйме от носа разбуженного.

Колдун открыл рот. Закрыл. Снова открыл, но в этот раз быстро чертя закостенелым пальцев в воздухе таинственные древние слова и бормоча в пустоту:

«Apertum, Porta, Casu, Procul,» — и пустота ответила ему, разрезав, будто бритвой, пространство за спиной нежити.

Нарочито медленно и пятясь задом, древний маг полез в портал, едко бросая в своих пробудителей трёхсложные оскорбления на мёртвом языке:

— Пхе-е-е (выдыхает тонкую струйку древней пыли), удачи вам тут ос-ставатьс-с-ся.

В этот момент по всем законам жанра появляется герой и побеждает злодея, но один из них, кажется, сегодня проспал.Зато продрал глаза Торберт Гуллскрим — стрелок отряда. Накануне была знатная попойка по прибытию в деревню, пришлось нехило принять на грудь, вследствие чего бравый арбалетчик храбро продрых в повозке последние десять часов.

— Он сбегает! — гаркнул Торберт, внезапно появившись в дверном проёме (и неумышленно наступив на лежащего там старика). Раскручивая в руке, словно метательный снаряд, обвязанную крест-накрест светящуюся сферу, он злобно матерился.

Фью-ють! Стрелок прицельно швырнул свой единственный источник света, и вот незадача — лишь черканул некроманта по макушке обезволошенного черепа. Миниатюрное солнце нырнуло в портал и свечение оборвалось.

«...ять!»Помимо отменной меткости Торберт также имел охрененное похмелье, здесь ничего не поделать.

«Иээ-эй-и-и», — колдун возмущённо взвизгнул, обернулся, но было уже слишком поздно. В тот же миг наёмник в прыжке и на полной скорости влетел в него плечом и сшиб.

Последнее, что увидели товарищи наёмника — так это пара подбитых железом солдатских сапог, исчезающая в зеркальном пространстве портала. Узкая прорезь реальности затянулась, будто её никогда и не было.

Наступила мягкая тишина, нарушаемая лишь отдалённым голосом падающих с потолка капель и.

Через миг глыбы старого булыжника с оглушающим грохотом погребли под собой древний склеп, кроша в пыль старые кости и высеченные надгробия.

И их поглотила тьма.