Гарри, Фродо и другие

Толстяк ошарашенно приоткрыл рот и попытался что-то сказать, но жрец наклонился к его уху и прошептал:

— Новый узел появится самое большее через час. Я своих сыновей хорошо знаю. Никакой Александр не развяжет, не сомневайся.

ЗОЛОТАЯ РЫБКА (Ч.1)

= 1 =

Долго старик ждал ответа рыбки, но не дождался и медленно побрёл обратно. Идти не хотелось — после такой новости настроение у старухи наверняка испортится, и он снова получит взбучку.

К его удивлению на месте царских палат опять стояла землянка.

Остановившись за спиной у супруги, старик тяжело вздохнул и произнёс, потупясь:

— Ты уж извини, старуха, мне рыбка на этот раз ничего не ответила.

— А что ты хочешь, чтобы я тебе сказала? Мол, спасибо, дружище, что за всё моё доброе меня же в услужение отдаёшь? — раздалось из корыта.

Старик вздрогнул и поднял голову. Рыбка, опираясь плавником на край корыта, негодующе глядела на рыбака.

— Молчать! — оборвала её старуха, легко поднялась на ноги, движением плеча сбросила старую телогрейку и оказалась в богато расшитой накидке из парчи. Из-под платка сверкнула небольшая корона, украшенная множеством самоцветов, в руке неведомо откуда появился изящный золотой трезубец. Старик бухнулся на колени, как подкошенный.

— Встань, дурачинушка, — необычно мягко велела морская владычица. — Я просто попрощаться хотела. Всё-таки столько лет вместе прожили...

= 2 =

Долго старик ждал ответа рыбки, но не дождался и медленно побрёл обратно. Идти не хотелось — после такой новости настроение у старухи наверняка испортится, и он снова получит взбучку.

К его удивлению на месте царских палат опять стояла землянка. Старуха в телогрейке и выцветшем платке сидела на пороге и глядела в лужицу воды на дне корыта.

На поверхности воды чуть подрагивала живая картинка: богато разодетая старуха с золотым трезубцем в руках сидела на огромной раковине и грозно, но беззвучно разевала рот, отдавая приказ смиренным рыбам. Не отрывая глаз от фигурки на водной глади, старуха сердито стукнула кулаком по корыту, и из боковой щели зазвучал её собственный голос:

— А позвать сюда золотую...