Роззенборк

Я вскочила на ноги, внезапно осознавая, насколько же до этого мгновения была лишена всего, и насколько сейчас все наполнено во мне и вообще в мире. Я словно вышла из темноты на свет. Я вспомнила, каково это на самом деле – быть живой.

- Удивительно! Удивительно! – защебетала я, буквально защебетала, теряясь от невозможности выразить всю полноту чувств. – Как приятен солнечный свет, этот восхитительный и живительный источник тепла и покоя! Какими бесконечно прекрасными ароматами полнится насыщенный изумительной благодатью воздух! И какими невозможно утонченными оттенками всех цветов переливается весь этот благословенный мир! И как вы все прекрасны, дорогие мои! Не хватит слов, чтобы описать всю яркую и неистовую палитру поистине изысканных впечатлений от этого бесподобно невероятного и исключительно бесценного переживания!

- Ничё так, - поднял брови Рилл.

- Переживем, - усмехнулась Эскапада. – У всех свои тараканы.

(Заметил? Это я сейчас обращаюсь персонально к тебе, мой Женераль.

А тем временем я словно бы продолжала кататься на безумных горках, испытывая невероятные приливы так долго дремавших во мне чувств. И только сейчас я по-настоящему осознала все мои потери, всю боль утрат и груз сожалений. Я упала у могилы последней графини Роззенборк и зарыдала, оплакивая ее и все ушедшие жизни, включая мою собственную.

И, наверное, это было долго, потому что, когда я пришла в себя, солнце уже заметно сдвинулось на небосводе. Я простилась, наконец, действительно простилась со всем своим прошлым. Печаль никуда не ушла, но мне стало легче, и день снова казался восхитительным. Я была свободна.

Все это время друзья тактично ожидали в сторонке, а теперь они собрались вокруг меня.

- Так ты теперь живая? – спросил Статус, и глаза его сияли.

Чувства по-прежнему накатывали волнами, и сейчас мне хотелось смеяться.

- Я не знаю, какая я теперь. Кажется, невозможно, чтобы все было как раньше. Однажды я умерла, это нельзя отменить, и я все еще призрак со всеми призрачными штучками, а может быть, просто воспоминание. Но в то же время я абсолютно свободна и да – я живая. Более живая, чем когда-либо была. И меня можно потрогать. – При этих словах я сделала вид, что скромно потупила глазки.