Между ангелом и бесом 2

Накладки с одеждой во время перемещения из мира в мир случались постоянно, и поэтому как у Альберта, так и у Гучи в Крепости, всегда наготове был запасной комплект белья и платья для рассеянного путешественника по параллельным измерениям.

Ангел непослушными пальцами развязал узел и принялся натягивать одежду. Он несколько раз совал ногу мимо штанины, пока надевал разноцветные брюки, непослушными пальцами застегнул пуговицы шитого золотой нитью кафтана и нахлобучил шляпу с фазаньим пером, даже не заметив, что головной убор надет задом наперёд.

- Мексика… - прохрипел Тыгдын.

- Что, и тебе сегодня досталось? – участливо спросил чёрт. – Талантливая у тебя дочка, друг Полухайкин.

- Мексику украли, - выговорил, наконец, конь.

Его огромная грудь раздувалась, словно кузнечные меха, глаза бешено вращались, а с боков хлопьями падала пена. Тут же в зал вошла толстая поломойка со шваброй в руках и принялась вытирать пол. Она неодобрительно смотрела на коня, но молчала – король быстро отучил её ворчать в своём присутствии.

Вредная уборщица с трудом сдерживалась, но потом, как правило,отводила душу на кухне, долго ругаясь в присутствии служанок. Она всё ни как не могла забыть историю пятнадцатилетней давности – когда гостевая комната по вине Бенедикта, Самсона и Гучи была завалена навозом.

- Ты уверен, что это не очередная шалость? – Осведомилась Гризелла.

- Это не шалость, это беда. Девочку украли прямо с моей спины и унесли в неизвестном направлении, а я даже не заметил, кто это сделал, - Тыгдын опустил голову, мокрая грива повисла длинными сосульками.

- Кем бы этот похититель ни был, - ехидно пропела Гризелла, -надеюсь, что он знал, что делал.

- Что за шум во дворце ранним утром? – в зал вошлакоролева Марта с полным передником яиц.

За прошедшие годы королева стала ещё пышнее и основательнее. На круглом, словно полная луна, лице - ранеточный румянец, ямочки на щеках. Носик – маленький, пуговкой, усыпан мелкими коричневыми веснушками. Аккуратная коричневая одежда и обязательный для женщин фартук – белоснежный в любое время дня.

Как жительницы Рубельштадта умудрялись сохранить эту белизну в первозданном виде при многочисленных делах – оставалось загадкой. Две тугие, с руку толщиной, косы,опускались из под белого чепца на необъятную грудь. Марта была довольна жизнью, приветлива и очень рачительна.

- Марточка, ты это … не волнуйся, - Полухайкин решил сначала подготовить супругу, чтобы известие не стало ударом. - Дочку украли.